На земном шаре зоологи насчитывают свыше миллиона различных видов животных.

Численность видов отдельных групп животного мира, от микроскопических простейших до млекопитающих, представлена на внутренней стороне обложки. Из всех групп животного мира наибольшее число видов — в классе насекомых; современная энтомология (наука о насекомых) насчитывает их около 850 тысяч видов. Таким образом, более ³/₄ всех видов животных приходится на долю насекомых. Принимая во внимание громадную плодовитость насекомых, можно считать, что главная масса живого вещества суши Земли заключена именно в насекомых. (Моря и океаны содержат исключительно малое число видов насекомых. Пресные воды заселены сильнее, но главным образом личиночными стадиями.) Обращает внимание и громадное число видов моллюсков, которое человеку, незнакомому с жизнью теплых и тропических морей, может показаться невероятным. Велико число червей, ракообразных, паукообразных. Как мало по сравнению с указанными группами число видов наиболее знакомых для нас млекопитающих, птиц, пресмыкающихся, земноводных, рыб!

Какое число видов известно для нашей Родины? По данным ряда советских зоологов на территории СССР, занимающей около 15 % суши, а с морями около 8 % поверхности земного шара, зарегистрировано пока около 100 000 видов. Из них:

Простейших — вероятно, не менее нескольких тысяч (точных данных нет);

Губок — 400;

Кишечнополостных — 500;

Червей — около 5000;

Моллюсков — около 2070 (из них наземных — 600, пресноводных — 470, морских — 1000);

Ракообразных — около 3000;

Паукообразных (клещей, пауков, скорпионов и др.) — около 5000;

Насекомых — 80 000, в том числе: бабочек — 8500, жуков — 20 000, двукрылых (мухи, комары и др.) — 20 000, перепончатокрылых (осы, пчёлы, шмели, наездники, муравьи и др.) — 6500, полужесткокрылых, или клопов — 2000, прямокрылых (кузнечики, сверчки, саранча и др.) — 800, стрекоз — около 200;

Иглокожих — 400;

Рыб — около 1500 (из них 250 промысловых);

Земноводных — 33;

Пресмыкающихся — 128;

Птиц — 700;

Млекопитающих — 300.

Интересно проследить, как постепенно увеличивалось число известных человеку видов животных по мере накопления сведений по зоологии.

Аристотель, «отец» всех наук древнего мира, описал в III веке до н. э. 450 видов животных.

Линнеем, первым систематиком животных и растений, было описано в первой половине XVIII века около 4 тысяч видов животных.

В первой половине XIX века, когда особенно расширились сведения о наиболее многочисленных беспозвоночных животных, стало известно 48 тысяч видов; к концу XIX века было описано до 500 тысяч видов, а по современным данным известно более миллиона видов.

Продолжающаяся и в настоящее время работа систематиков показывает, что и эта цифра ещё далека от действительной и что число видов животных в природе значительно больше уже известного, поскольку ещё далеко не достаточно исследованы многие группы беспозвоночных животных, особенно насекомых и простейших. Последних во времена моего студенчества — двадцатые годы — насчитывалось 15 тысяч видов; в новейших сводках о численности животных эта цифра увеличена вдвое. Что касается насекомых, то в тридцатых годах прошлого столетия, когда науке было известно около 30 тысяч видов насекомых, зоолог Окен высказал предположение, что в природе существует ещё примерно 60 тысяч неописанных видов. Современные зоологи намного «перевыполнили» эту смелую по тем временам цифру.

Ежегодные сообщения в научных журналах всего мира о находках и описаниях сотен и тысяч новых видов насекомых убедительно показывают, как неполны ещё наши знания о видовом составе этой группы животных. В 1931 году было известно 80 тысяч видов бабочек, а к 1942 году было открыто ещё 10 тысяч видов. За период 1935–1944 годов к известным до сих пор 18 тысячам видов жуков-дровосеков добавилось ещё 5 тысяч новых видов. Это обстоятельство вполне оправдывает предположение некоторых зоологов о том, что в природе существует по меньшей мере ещё около миллиона видов насекомых, неизвестных науке. Поэтому смело можно сказать, что современным энтомологам и их будущим поколениям ещё много придётся «открыть» новых видов, многое исследовать и дополнить наши далеко недостаточные знания об этих хотя и малых, но зато самых многочисленных и таких удивительных в своём разнообразии животных земного шара.

Значительным событием в зоологии за последние годы было открытие и описание нового типа животных — погонофор.

История этого открытия такова. В 1914 году зоолог Коллери нашёл в Индийском океане у берегов Индонезии своеобразное новое животное, которое он описал и отнёс к одной из групп червей. В 1933 году проф. П. Ушаков в противоположной части мирового океана — в Охотском море описал новый организм, который он тоже отнёс к одной из групп червей. В 1939 г. шведский зоолог Иогансон, обследовавший этот организм, пришёл к выводу, что для него нужно установить новый класс животных, который он назвал погонофоры.

В 1949 г. ленинградский проф. А. В. Иванов нашёл сходные организмы в Северном Ледовитом океане. Он пришёл к выводу, что описанный Коллери организм тоже относится к погонофорам. В последующие годы проф. Иванов на основании материалов, добытых экспедициями научно-исследовательского судна «Витязь» в Беринговом и Охотском морях и прилегающих частях Тихого океана, описал ещё ряд видов глубоководных погонофор. Подробно и тщательно исследовав строение новооткрытых организмов, этот учёный доказал, что перед нами оказались животные не только нового класса, но и нового типа и притом близкого к высшим (хордовым) животным, а совсем не червям, как предполагали предыдущие зоологи. Описание в настоящее время нового типа в животном мире, когда, казалось бы, типы вот уже на протяжении более века твердо установлены, событие, конечно, исключительное. Основная особенность строения погонофор заключается в том, что у них отсутствует кишечник и рот; добычу они ловят при помощи щупалец и ими же всасывают пищу, которая затем разносится по всему телу. За капитальный и оригинальный труд о погонофорах проф. Иванов был удостоен почётного звания лауреата Ленинской премии.

Среди позвоночных недостаточно обследованы рыбы. Особенную сенсацию среди зоологов вызвала случайная поимка у южно-африканских берегов своеобразной рыбы, которую учёные считали вымершей многие миллионы лет назад. В 1938 году рыбаки катера, приписанного к порту Ист-Лондон (Южно-Африканский Союз), выловили странную крупную рыбу, отличавшуюся голубой окраской, очень прочной чешуёй и тремя парами мясистых кистепёрых плавников. Невиданную рыбу доставили в порт, где на неё обратила внимание заведующая местным музеем М. Латимер. В музее рыбу измерили и взвесили. Длина её оказалась равной 1,5 м, а вес 57 кг. Из кожи рыбы было изготовлено чучело.

Проф. Дж. Смит, к которому Латимер обратилась за консультацией, сразу отнёс рыбу к отряду кистепёрых, считавшихся вымершими 50 миллионов лет назад. Рыба была названа в честь Латимер — латимерией.

В дальнейшем все старания проф. Смита — энергичного и талантливого ихтиолога (специалиста по рыбам) — были направлены к тому, чтобы добыть ещё таких рыб. Ведь невероятно же было думать, что пойманная латимерия была единственной! Однако латимерия оказалась настолько редкой, что за последующие 14 лет но было поймано ни одной рыбы. Лишь в 1952 году у Коморских островов в Мозамбикском проливе была поймана ещё одна латимерия. В следующие годы поймали ещё несколько рыб. В 1954 году двум рыбакам удалось впервые доставить пойманную латимерию в гавань в живом состоянии. Крупную полутораметровую рыбину поместили в большой бассейн и тотчас дали знать в музей г. Тананариве на о-ве Мадагаскаре. Однако, когда оттуда прибыл зоолог, рыба уже погибла. Смерть наступила, как предполагают, от избытка света, уменьшения давления, а, возможно, также от более высокой температуры воды.

Всего к середине 1960 года поймано 18 латимерий, и все они, за исключением первой, добыты в Мозамбикском проливе, который, по-видимому, является единственным местом, где сохранились латимерии.

Сейчас учёные тщательно изучают этих редких рыб. Возможно, что в каком-нибудь зоопарке в аквариуме уже плавает или будет плавать латимерия — «живое ископаемое».

Латимерия — «живое ископаемое».

Кистепёрых рыб было много на нашей планете многие миллионы лет назад, в те времена, когда в воде плавали ихтиозавры и плезиозавры, по суше бродили гигантские диплодоки и бронтозавры, когда на земле появились лишь первые предки птиц — археоптериксы и первые примитивные сумчатые млекопитающие, а о существовании человека не было и в помине. До наших дней сохранился, очевидно, единственный вид кистепёрых рыб — латимерия. Заметим, что кистепёрых рыб считают наиболее близким предком наземных позвоночных.

Млекопитающие в настоящее время изучены хорошо, и находки среди них новых видов крайне редки. Очень важным событием оказалась находка в 1938 году зоологом В. А. Селевиным в пустыне Бетпак-Дала (Центральный Казахстан) нового вида грызуна, оказавшегося по своим признакам не только новым видом и родом, но по своеобразному строению зубов и новым семейством.

Любопытны обстоятельства находки этого нового для науки грызуна.

Впервые В. А. Селевин обнаружил его в погадках хищных птиц. Птицы не имеют зубов и глотают пищу не разжёвывая. При этом непереваримые твёрдые части добычи — кости, шерсть, рыбья чешуя, жёсткие крылья насекомых и пр., отрыгиваются в виде овальных или удлинённых комков, которые называются погадками. Такие погадки можно найти на местах кормёжки хищных и рыбоядных птиц: под гнёздами, одиночными деревьями и столбами, под вершинами барханов и т. п.

При рассматривании погадок можно найти остатки съеденных животных и определить, чем питаются хищники, — какие животные обитают в данной местности. Хищные птицы: филины, совы, коршуны, канюки — искусные охотники, и в их погадках встречаются подчас редкие зверьки, редкие насекомые, которых трудно обнаружить в природе человеку. Разбирая в 1937 году погадки филина из разных мест пустыни Бетпак-Дала, В. А. Селевин неожиданно наткнулся на черепа и косточки совершенно неизвестных ему грызунов, которые он послал для определения в Зоологический институт Академии наук СССР. Там была подтверждена важность находки. Тогда В. А. Селевин энергично принялся за поиски живых грызунов, и в 1938 году ему удалось поймать в ловушки шесть экземпляров этого зверька.

Однако смерть помешала молодому талантливому зоологу закончить обработку найденного материала, и научное описание зверька было сделано уже после смерти автора двумя зоологами — Б. А. Белослюдовым и В. С. Бажановым, которые и назвали нового грызуна в честь В. А. Селевина селевинией, или боялычной соней. Впоследствии грызун был отнесён к новому семейству селевиниевых, близкому к семейству сонь. Встречается селевиния только в Казахстане и только в пустыне Бетпак-Дала. Излюбленным местообитанием зверька являются густые заросли солянки боялыча, откуда и второе название животного — боялычная соня. Основная пища селевинии — насекомые, за которыми она охотится в сумерках.

Селевиния, или боялычная соня.

Зверёк передвигается не только по земле, но может проворно лазать и по ветвям кустарника. Пойманная соня отличается безобидностью, она не кусается, и её можно брать в руки.

Представители некоторых видов встречаются в природе крайне редко, другие, наоборот, весьма многочисленны. Из хищников очень немногочисленны львы, тигры, леопарды; но количество волков, наоборот, несмотря на все предпринимаемые меры их истребления, исчисляется сотнями тысяч. Если общее число слонов в Африке и Южной Азии исчисляется десятками тысяч голов (в Африке их по скромным расчётам более ста тысяч), то носорогов сохранились лишь тысячи. Обезьян в Индии — миллионы. Количество быстро размножающихся и широко распространённых мелких грызунов — мышей, полёвок, крыс — исчисляется многими миллиардами и биллионами; количество же различных насекомых и простейших так велико, что вообще не поддаётся учёту. При изучении численности отдельных видов следует иметь в виду свойственную им плодовитость, т. е. интенсивность их размножения. Она очень различна у разных животных. Самка слона рождает одного слонёнка через 4 года; кит — одного детёныша раз в два года; тигрица приносит потомство (2–4 котят) один раз в три года; медведь — 2–3 детёнышей через год; мелкие же грызуны — мыши, полёвки и др. — в среднем 6 детёнышей несколько раз в год, причём зверьки ранних пометов способны размножаться в том же году.

Плодовитость многих беспозвоночных животных характеризуется поистине астрономическими цифрами. Пара мух за весенне-летний сезон теоретически способна дать свыше пяти триллионов насекомых. Потомки одной тли, если бы они все выжили, покрыли бы за год сплошным слоем весь земной шар. Потомство же от одной инфузории-туфельки за год даёт теоретически цифру 75 × 10¹⁰⁸. Полый шар, касающийся одним боком Солнца, а другим Земли (расстояние от Земли до Солнца 170 миллионов километров) не мог бы вместить этого количества инфузорий.

В действительности такого размножения мы не наблюдаем, так как его ограничивают неблагоприятные условия жизни: конкуренция, гибель от хищников, инфекций и пр., включая неблагоприятные условия, создаваемые деятельностью человека.

Вопрос о численности животных представляет большой практический интерес.

И охотникам и натуралистам уже давно известно, что количество пернатой дичи, пушного зверя, мышей, вредных насекомых очень сильно меняется по годам; отмечаются своего рода урожайные и неурожайные годы, подобно тому как бывают урожайные и неурожайные годы на грибы, ягоды, жёлуди, орехи. Конечно, выяснение причин и условий изменений численности полезных и вредных животных имеет важное хозяйственное значение.

«Урожай» белки — самого многочисленного пушного зверька нашей страны — связан с урожаями основного его корма — семян ели и сосны, которые повторяются периодически через каждые 3–4 года. Увеличение числа некоторых хищных зверей и птиц наблюдается в годы максимального размножения их добычи — мелких грызунов. Наиболее интенсивный лёт майских жуков бывает через промежутки в 3–4 года, т. е. по окончании периода личиночной жизни этих насекомых в земле. Численность гнездящихся в дуплах птиц в значительной мере зависит от количества дупел в данном участке леса, а следовательно, и от количества развешенных человеком дуплянок и скворечников.

Массовое размножение насекомых зависит главным образом от состояния погоды, которая в свою очередь может быть обусловлена как местными (земными), так и космическими причинами. Температура и влажность воздуха, количество осадков, облачность, количество солнечного света и солнечных пятен часто обусловливают либо быстрое, либо замедленное размножение и даже исчезновение тех или иных насекомых. Кроме того, численность насекомых зависит, конечно, от численности птиц, питающихся насекомыми. Наши друзья, насекомоядные птицы — скворцы, синицы, мухоловки, горихвостки и другие, — оказывают большое влияние на численность насекомых. Если население птиц в данной местности достаточно насыщено, то они могут значительно снизить численность насекомых-вредителей и «не допустить» их массового размножения.

Очень большое влияние на изменение численности животных оказывают эпизоотии — массовые инфекционные заболевания животных.

Заметное влияние на численность животных оказывает и человек. Даже такое простое мероприятие, как запрещение или ограничение в СССР охоты на лося, соболя и сайгу, привело к тому, что за последние десятилетия число этих ценных промысловых зверей сильно увеличилось. Лоси снова появились в тех местах, где они уже давно были истреблены. Даже в такой населённой области, как Московская, численность их возросла до нескольких тысяч. Непуганые животные нередко заходят даже на окраины Москвы. Соболей сейчас в СССР стало больше, чем 100–150 лет тому назад. В некоторых районах Казахстана теперь встречаются стада антилопы сайги численностью в сотни и тысячи голов. (Сейчас в Москве открыт специальный магазин, где продаётся мясо оленя, лося, сайги, медведя и пернатой дичи.) Охрана и искусственное расселение находившегося на грани полного исчезновения речного бобра привело к тому, что численность его сильно возросла, и недалеко то время, когда этот пушной зверь станет предметом промысла. Большую роль в уменьшении численности вредных грызунов и насекомых играют агротехнические мероприятия, химический и биологический методы борьбы.

Не только школьники, но и взрослые нередко задают вопросы о продолжительности жизни тех или иных животных.

Если на вопрос о возрасте домашних животных ответить сравнительно нетрудно, то в отношении диких животных имеющиеся сведения далеко не полны, порой неточны и противоречивы, за исключением немногих случаев длительного наблюдения за дикими животными, содержащимися в неволе. Поэтому факты о продолжительности жизни животных, добросовестно и аккуратно собранные не только специалистами, но и любителями, представляют несомненную научную ценность.

Проблема продолжительности жизни животных представляет интерес и для теории и для практики. Действительно, вопрос о том, как велика продолжительность жизни того или иного дикого животного (как полезного, так и вредного) и домашнего животного той или иной породы, не может не интересовать учёного и специалиста-практика.

Приводимые в этом очерке сведения, почерпнутые из обширной научной и учебной литературы, не претендуя по указанным выше причинам на абсолютную точность, дают всё же реальное представление о разнообразии продолжительности жизни, жизненного цикла у различных животных.

В 1737 году в Индийском океане, на острове Эгмонта (группа Сейшельских островов), был пойман экземпляр одного из видов гигантских черепах, возраст которой был определён учёными в 100 лет. Эта черепаха была доставлена в Англию, где долгое время жила у одного любителя, а затем была передана в Лондонский зоопарк, где продолжала ещё жить в двадцатых годах текущего столетия, а возможно, живёт и теперь. Если расчёт зоологов о её возрасте при поимке был верен, то животному в настоящее время перевалило за триста лег и черепаху можно считать самым старым из известных нам животных. Были описаны и другие случаи жизни черепах в неволе до ста и более лет, причём не только гигантских, но и таких обычных, как греческая черепаха, обитающая в странах побережья Средиземного моря, а в СССР местами на Кавказе и в Закавказье. Интересно было бы получить данные по этому вопросу для широко распространённых степной и болотной черепах. Весьма вероятно, что и у них продолжительность жизни велика.

Гигантская черепаха.

Не менее почтенного возраста достигают крокодилы, которые, по некоторым данным, доживают до 300-летнего возраста. В некоторых местностях Африки рассказывают об отдельных крокодилах, переживших уже несколько поколений людей. Поскольку рост крокодилов, хотя и очень медленный, продолжается до глубокой старости, размеры старых крокодилов бывают очень велики.

Прежде много говорилось об исключительно большой продолжительности жизни китов и слонов, достигающей будто бы 400 и более лет, однако это оказалось неверным, и в настоящее время предельный возраст китов определяется в 50, а слонов — около 70 лет. Отмечались случаи жизни слонов в неволе до 100–120 лет, но, по-видимому, это бывает редко.

Значительной долговечностью отличаются рыбы. В научно-популярных книгах о животных и учебниках зоологии указано, что в Подмосковье в 1794 году при очистке царицынских прудов была поймана щука с продетым через жаберную крышку золотым кольцом, на котором было выгравировано: «Посадил царь Борис Фёдорович». Так как царствование Бориса Годунова имело место в 1598–1605 годах, то, следовательно, щука прожила в пруду около 200 лет.

Там же приведён рассказ о пойманной в 1497 году в Германии щуке с кольцом, на котором была выгравирована дата её посадки: 1230 год. Таким образом, эта щука прожила более 267 лет. Однако ряд современных специалистов сомневается в достоверности этих фактов, полагая всё же, что щуки могут жить до 70–80 лет. Нуждаются в проверке и приведённые в литературе данные о столетней (и более) продолжительности жизни карпа и некоторых других рыб.

В литературе описаны случаи жизни в неволе сома до 60 лет, угря до 55 лет, золотой рыбки до 30 лет. На основании разработанного в начале текущего столетия метода определения возраста рыб по костям и годовым кольцам на чешуе бесспорно установлено, что белуга может достигать более чем 100-летнего возраста.

Относительно земноводных совсем недавно в одном из зарубежных научных журналов появилось сообщение о необычайном долголетии гигантской саламандры, прожившей в неволе до 130 лет.

Среди птиц долговечностью отличается ворон. Известны случаи, когда эта птица в неволе жила до 70-летнего возраста, а по некоторым данным, даже вдвое больше.

Долго живут хищные птицы. Так, например, по 80 и более лет живут в неволе орлы-беркуты. В Московском зоопарке с 1892 года живёт самый старый его обитатель — американский кондор Кузя. В одном из зоопарков 68 лет прожил ночной хищник — филин. Столетнего возраста достигают соколы, а из нехищных птиц — попугаи. Среди последних описан даже экземпляр 140-летнего возраста.

Для водоплавающих птиц издавна отмечена долговечность лебедя. В связи с этим небезынтересно привести случай добычи в Англии в 1887 году лебедя-шипуна с кольцом, датированным 1711–1717 годами. Если описанный случай достоверен, то это рекордная цифра продолжительности жизни птиц.

Из домашних птиц особенно долговечны гуси, доживающие до 40, а возможно и более лет. Куры живут до 20 лет. До 30 лет живёт домашний голубь.

Из беспозвоночных животных самым долговечным, по-видимому, следует считать огромного, весом до 300 килограммов, моллюска Индийского океана — тридакну гигантскую (стр. 33), предельный возраст которой определяется в 80–100 лет. Почти такого же возраста, по некоторым данным, могут достигать европейские жемчужницы, моллюски значительно меньшего размера — 12–14 сантиметров в длину.

Продолжительность жизни различных животных.

Небезынтересно отметить для контраста, что многие древесные и кустарниковые растения живут значительно дольше самых долговечных животных. Даже такие небольшие кустарники и кустарнички, как шиповник, черника, брусника и голубика, могут доживать до 300 лет.

Но и некоторые многолетние травы могут жить очень долго. Так, например, всем известный сорняк пижма, или дикая рябинка, доживает до 200–250 лет.

Из древесных пород трёхсотлетнего возраста достигают груша, вишня и черешня. Можжевельник и сосна доживают до 400 лет, липа до 500 и более лет, дуб до 1000 лет. (В Литве, в окрестностях Стельмуже растёт дуб, которому насчитывается две тысячи лет.)

Предельный возраст американской секвойи, или мамонтова дерева, различными авторами определяется в 2500–4000 и даже 6000 лет.

По некоторым данным мексиканские кипарисы доживают до 10 тысяч лет, а австралийская макрозамия из саговниковых достигает рекордного возраста — 12–15 тысяч лет.

Какие животные обладают наименьшей продолжительностью жизни? Обычно в качестве примера приводят насекомых подёнок, массами летающих в весенние и летние вечера над реками, озёрами и прудами. Действительно эти в подлинном смысле эфемерные создания живут всего несколько дней, а подёнки некоторых видов — лишь несколько часов. По-видимому, именно к подёнке, а не к мотыльку относится одна из строф известного поэта А. Н. Майкова:

«Но короток мой век, Он не долее дня».

Подёнки.

За этот период у названных насекомых происходит оплодотворение и откладывание яичек в воду, после чего они гибнут, усеивая своими трупами поверхность воды и представляя тем самым богатый корм для рыб. Но дело в том, что здесь кратка лишь взрослая (крылатая) стадия этого насекомого. Вылупляющиеся же из яичек личинки развиваются в воде уже не несколько дней, а несколько лет. Таким образом, весь жизненный цикл подёнок продолжается вовсе не дни, а годы, и мы здесь можем говорить о необычайной кратковременности только одной из стадий её жизни.

Сутками, днями и даже часами живут микроскопические животные организмы — инфузории и амёбы, размножающиеся, как известно, делением, при котором вместо так называемой «материнской» особи образуются две «дочерние». Как отдельная особь инфузория и амёба живут только в промежутке между двумя делениями. Промежуток этот, а следовательно, и продолжительность жизни, измеряется сутками и часами; например, у инфузории-туфельки и корненожки-амёбы она равна одним суткам. И здесь рекордная цифра принадлежит растительным организмам — бактериям. Индивидуальная жизнь многих из них составляет всего 15–60 минут.

Наименьшей продолжительностью жизни среди позвоночных животных обладает прозрачный бычок — маленькая, длиной в несколько сантиметров рыбка, которая живёт меньше года и гибнет вскоре после оплодотворения икры.

Нужно сказать, что все представители семейства бычков отличаются кратковременностью своего жизненного цикла.

Приведём некоторые данные о продолжительности жизни других животных.

Хорошо всем известный дождевой червь живёт довольно долго — 10 лет. Пиявки же значительно дольше — до 25 лет. Столько же и даже больше живёт паразитирующий в организме человека червь лентец широкий. Речной рак и камчатский краб живут около 20 лет. Предельный возраст пауков может достигать 7 лет, а громадного паука-птицеяда даже 15 лет. Комнатная муха во взрослом состоянии живёт 15–25 дней, а считая стадии личинки и куколки, 25–70 дней (в зависимости от температуры). Незначительная часть мух перезимовывает в состоянии оцепенения (анабиоза).

Майские жуки во взрослом состоянии живут 1–2 месяца, но в стадии личинки, которую проходят в земле, — 3–4 года.

Бабочки крушинница, траурница, адмирал и ряд других живут по 10 месяцев, причём из них 6–7 месяцев они зимуют в неподвижном оцепенелом состоянии.

Стрекозы во взрослом состоянии живут 1–2 месяца, а в стадии личинки, которая проходит в воде, до 3 лет. Значительно удлиняется этот срок у североамериканской цикады семнадцатилетней. Её личинка живёт в земле 17 лет, а взрослая форма всего 10–20 дней. Пчёлы-работницы, выведенные весной или летом, живут 6 недель, а выведенные осенью — 6 месяцев. Пчелиная матка значительно более долговечна и может прожить до 5 лет.

Предполагается, что лягушки и тритоны в природе живут около 5 лет, однако описаны случаи жизни в неволе травяной лягушки до 18 лет, тритона — до 28 лет, а лягушки-быка — до 16 лет. Ещё больше прожила у одного любителя серая жаба — 36 лет.

Удав анаконда, кобра, обыкновенный уж и многие другие змеи доживают до 25–30 лет, а сетчатый питон даже до 70 лет. Некоторые ящерицы жили в неволе по 10 лет. Безногая ящерица веретеница прожила в одном зоопарке 33 года.

Птицы по сравнению с другими позвоночными живут долго, однако не всегда наиболее крупные живут дольше. Так, например, самая крупная птица — африканский страус — живёт лишь до 30–40 лет. С другой стороны, мелкие певчие птицы: канарейки, скворцы, щеглы — выживали в неволе по 20–25 лет.

Среди млекопитающих интересно отметить предполагаемый предельный возраст человекообразных обезьян — гориллы, шимпанзе и орангутанга: он составляет 50–60 лет. Другие мелкие обезьяны выживали в неволе до 20 лет, а павианы — до 45 лет. Такие крупные хищники, как медведи и тигры, доживают до 40–50 лет. Львы живут несколько меньше: около 30 лет; леопарды и рыси — 15–20 лет. Хищники меньшего размера — волк и лисица — менее долговечны: предельный возраст первого не превышает 15 лет, а второго — 10–12 лет. Соболь живёт около 15 лет.

Из копытных олень и лось живут около 20 лет, косуля — 15. Бегемоты и носороги в зоопарке жили по 40 лет. Грызуны живут значительно меньше, особенно такие мелкие, как мыши и крысы, предельный возраст которых не превышает 2–3 лет. Ондатра живёт 4 года, морская свинка — 8 лет, белки и зайцы — до 10 лет. Лишь бобр среди грызунов выделяется своей долговечностью. Профессор С. И. Огнев указывает, что эти звери доживают чуть ли не до 35- и даже 50-летнего возраста.

Самое долговечное из домашних животных — осёл, доживает до 50 лет; лошадь и верблюд могут жить до 30, корова — до 25, свинья — до 20, овца — до 15, собака — до 15, кошка — до 10–12 лет. В литературе имеются сведения о лошадях, доживших до 62–67 лет, а также о коте, прожившем в одной семье 38 лет. Не следует забывать, что сельскохозяйственные животные обычно используются до возраста, значительно ниже предельного.

При просмотре указанных выше цифр вызывает удивление примерно одинаковая продолжительность жизни совершенно различных животных, как например, дождевой червь и лисица, жаба и лошадь, рак и рысь, моллюск тридакна и сокол, ворон и слон и т. д. Таким образом, не наблюдается прямой пропорциональности между сложностью организации животного, размерами его тела и продолжительностью жизни. Продолжительность жизни нуждается ещё в дальнейшем тщательном изучении. В настоящее время можно лишь утверждать, что продолжительность жизни животных и растений различных видов представляет такое же поразительное разнообразие, как и их размеры.

Всякому молодому любителю природы и начинающему натуралисту свойственно стремление к далёким путешествиям. Одного тянет в Крым, другого на Кавказ, третьего в Уссурийский край. Иные мечтают побывать в Африке, Австралии, Южной Америке. Скучной и недостойной внимания представляется такому мечтателю природа окружающих мест, где всё кажется непривлекательным и неинтересным. Такое представление, конечно, неверно, так как в любой области и любом крае нашей Родины есть отдельные уголки и обширные пространства, настолько интересные по своей природе, настолько богатые по своему растительному и животному миру, изученному местами далеко ещё не полно, что всякому любителю природы найдётся, что наблюдать; здесь можно найти новые факты из жизни животных и растений. Об одном из таких замечательных уголков природы средней полосы РСФСР я и хочу рассказать в этом очерке.

Всего в 100 километрах от Москвы и в 12 от Серпухова, близ посёлка Данки расположен чудесный по красоте и разнообразный по своей природе Приокско-Террасный заповедник. Название это объясняется тем, что южная часть территории заповедника спускается к Оке рядом холмистых возвышений и понижений — террас. Площадь его сравнительно невелика — всего 5 тысяч гектаров, из которых 4 тысячи занято лесами.

Очень интересно географическое положение заповедника — на границе зоны смешанного леса и лесостепи, причём зоны эти видны непосредственно, — насколько это ярче, нагляднее и понятнее любого описания в учебнике географии! От северной границы заповедника до южной (у Оки) площадь покрыта смешанным лесом или могучим сосновым бором с куртинами ели (здесь проходит южная граница ели); за Окой раскинулись просторы лесостепи, видны обширные распаханные поля; лиственные леса тянутся по балкам, да кое-где вдали чернеют отдельные рощи.

Если мы пересечём заповедник с севера на юг, то на протяжении всего 8 километров встретим самые разнообразные уголки леса: березняк, осинник, ольшаник, дубняк, ельник, сосновый бор, кустарники различных видов — всё это встречается здесь в самых разнообразных сочетаниях. Очень разнообразны травянистые растения, которых в заповеднике насчитывается до 800 видов, что составляет ⁴/₅ всех видов, свойственных Московской области.

Своеобразна природа заповедника в разные времена года.

Ранняя весна. На полянах среди белых пятен ещё нерастаявшего снега распускаются крупные фиолетовые цветы сон-травы, зацветает сиреневыми цветочками ядовитый кустарничек дафна (волчье лыко), дымит пыльцой орешник, распускается ива, а позднее — медуница, ветреница, пролеска.

Каждый новый день весны мало похож на вчерашний. Солнце всё сильнее и сильнее нагревает землю, и вот уже исчезли белые пятна снега. Быстро поднимаются травы, и каждый день распускаются всё новые цветы. Прекрасны в это время спокойные вековые сосны, распускающаяся молодая листва берёз и кустарников, сине-голубое небо, влажный нежно-зелёный ковёр трав, первые цветы.

Заросшая травой дорога просеки идёт в глубь заповедника, то спускаясь, то поднимаясь на бугры-террасы. Один за другим сменяются пейзажи заповедного леса.

Вот высокий сосновый бор. Песчаная почва здесь покрыта мхом и хрустящим лишайником. Одиночные редкие лесные злаки, нежные цветы ландыша и купены чередуются с небольшими куртинами ещё не расцветшего марьянника, черники и вереска. Но вот дорога с просеки сворачивает влево, и неожиданно величавый сосновый бор уступает место весёлому лиственному лесу, где дубы и осины перемежаются с липами и берёзами; здесь почва более плодородна, покрыта ярко-зелёной травой, незабудками, лютиками, фиалками, душистым колоском.

В смешанном лесу высокие сосны с голыми стволами поднимаются над крепкими дубами, тёмными елями, нежными берёзами и широко раскинувшими ветви липами. А дальше идёт уже чистый березняк.

Перед Окой лесные дебри кончаются, уступая место широкой пойме реки и прилегающим к ней широким полянам — «долам», покрытым особой, несвойственной этим местам степной растительностью. Здесь мы видим белоснежные весной заросли дикой степной вишни, редкие стрелки дикого лука, цветы степного тюльпана и русского рябчика, метёлки ковыля, серпуху и чемерицу. Ботаники насчитывают 50 видов степных растений так называемой окской флоры, образующих своеобразный остров более южных степных растений среди местной лесной и лесостепной растительности.

Одной из основных научных тем заповедника является детальное изучение особенностей окской флоры и причин её возникновения.

Прекрасен заповедник в конце лета. Раннее августовское утро. Сквозь верхушки деревьев ещё холодными и неяркими лучами поблескивает восходящее солнце. В лесу очень тихо, сыро. Вот первый предвестник осени, светло-синий, в полном расцвете, куст вереска. Заповедная тропа идёт мимо мощных зарослей папоротника, входит под сплошной полог молодых разросшихся липок. На земле первые жёлтые листья. Безмолвный лес застыл. Он как бы ждёт тепла и яркого света.

По-другому выглядит природа к вечеру. Резко меняются краски. Очертания деревьев и кустов становятся особенно чёткими; некоторые травы и первые опавшие листья приобретают красноватый оттенок. Ближе к сумеркам небо подёргивается сплошной серой дымкой. Воздух настолько неподвижен, что сосны и заокские дали кажутся похожими на театральную декорацию. Но вот и солнце зашло. Сосновый бор теперь выглядит уже непроницаемой стеной. Проходит ещё час. На небе появляется яркая матовая луна. Сразу резкими становятся силуэты неподвижных сосен, за низкими лугами серебром заблистали излучины Оки, а степь на той стороне кажется бесконечной.

Богатство и разнообразие растительного мира заповедника, естественно, обусловливают такое же богатство и разнообразие животных.

Резко бросается в глаза обилие насекомых и птиц. Жуки, бабочки, шмели, кузнечики встречаются всюду. Особенно много бабочек по лесным полянкам и опушкам. Здесь встречаются и бархатно-чёрные траурницы, и пёстрые крапивницы, и нежные голубянки, и красивые адмиралы, а иной раз попадаются и такие желанные объекты любителя-коллекционера, как жёлто-чёрные махаоны и изящные, белые, с яркими красными пятнышками аполлоны.

1 — дневной павлиний глаз, 2 — махаон, 3 — траурница, 4 — аполлон.

Птицы, конечно, наиболее заметны весной и в начале лета, когда всюду раздаётся их несмолкаемое пение.

На широких пойменных лугах Оки с весны до начала лета слышна песня жаворонка, «спать-пора» перепела, скрипучие звуки песни коростеля. В лесу в это время слышно пение зябликов, пеночек, славок, мухоловок, лесных коньков, а на опушке и по кустарникам у лесных речек — камышовок, овсянок и самого «певца певцов» — соловья. Весной птицы поют весь день, но особенно сильно и громко — на утренних и вечерних зорях.

Хорошо в погожий весенний день понаблюдать в бинокль за какой-нибудь поющей птицей. Обратившись к солнцу, закинув головку и раскрыв клюв, она старательно выводит свою трель. Пропоёт, замолкнет на несколько секунд и снова запоёт с ещё большей силой.

В хвойном лесу заповедника попадается рябчик, а по опушкам и сечам — тетерев. В глухих участках заповедника охраняется и крайне редкий в Московской области глухарь. Из дятлов здесь водятся не только обычные и всем известные пёстрые дятлы, но и очень красивый зелёный дятел, а также самый крупный из дятлов — чёрный дятел, или желна. В сумерках и ночью можно услышать громкие крики совы-неясыти. Был случай добычи редкого хищника — орла-беркута.

Сова-неясыть.

В заповеднике изредка гнездятся и такие, в основном южные птицы, как ярко окрашенная голубовато-зелёная сизоворонка и удод с характерным распускающимся хохолком.

Всего в заповеднике зарегистрировано зоологами 134 вида птиц, из которых 95 здесь гнездятся.

Научные сотрудники заповедника ведут наблюдения и ставят различные опыты по изучению роли насекомоядных птиц в охране леса от вредителей, ежегодно кольцуют около тысячи перелётных птиц с целью установления мест их зимовок и процента возврата их к местам гнездования. Кроме того, в недавнем прошлом были поставлены опыты по переселению птенцов и взрослых птиц мухоловки-пеструшки в лесопосадки Центральночернозёмного заповедника (около Курска) и Аскании-Нова.

Самые замечательные животные заповедника — это, конечно, громадные зубры, завезённые сюда в 1948 году из Польской Беловежской Пущи. Звери хорошо прижились на новых местах и размножаются. В обширных загонах Центрального зубрового питомника, открытого в определённые часы для осмотра как экскурсиями, так и отдельными гражданами, можно увидеть зубров разного возраста и размера — от бойкого маленького телёнка до громадного быка Бега весом свыше тонны. Всего в питомнике 35 зубров, 11 помесей зубра с бизоном и домашним скотом и 3 американских бизона. При наблюдении за зубрами поражает своеобразная лёгкость и грация движений этих лесных гигантов. Питаются зубры мелкими ветками, листьями и корой деревьев; поедают и разные травы. Кроме того, зверей регулярно подкармливают корнеплодами, овсяной мукой, желудями, сеном, ветвями ивы и осины. Всё это выдаётся по научно обоснованным нормам. Беременные и кормящие зубрицы получают усиленный кормовой рацион. Дополнительный паёк получают и наиболее крупные быки. Подкормка производится в строго определённые часы два раза в день. К этому времени зубры обычно сами подходят своей величественной и бесшумной походкой к местам подкормки. Кроме того, люди, ухаживающие за зубрами, сзывают их на кормёжку звуками охотничьего рога, вырабатывая условный рефлекс на этот звук. С 1951 года молодняк выращивают на воле.

Зубровый питомник, возглавляемый старшим научным сотрудником М. А. Заблоцким, является руководящим центром работы по восстановлению зубра в СССР. Здесь находится государственная племенная книга зубров и зубробизонов, проводится научно-исследовательская работа по изучению содержания, питания, размножения и поведения этих пока ещё редчайших зверей мира.

Из других копытных в заповеднике хорошо размножаются лоси, которые пользуются полной свободой. При экскурсиях по заповеднику иногда можно и увидеть этих животных. Однажды, когда мы тихо шли по неезженой заповедной дороге, из-за поворота, метрах в 30 от нас, неожиданно показался идущий навстречу крупный лось-самец. У него были тяжёлые ветвистые рога, блестящая шерсть, ноги белёсые, как в светлых чулках. Он нагнул голову, нюхал землю и фыркал. Мы остановились, затаив дыхание: лось шёл прямо на нас. И только когда кто-то из нас крикнул, лось вздрогнул, быстро вскинул голову, остановился на мгновение, уставившись на нас чёрными глазами, затем резко прыгнул в сторону и медленным шагом удалился в чащу леса.

Встреча с лосем.

В заповеднике ни разу не наблюдалось случая нападения лося на человека — даже поздней осенью, в период гона, когда возбуждённые лоси-быки бродят по лесу, испуская звуки, похожие на уханье и стоны. Лишь весной, когда появляются телята, лосиха может броситься на человека, проходящего мимо затаившегося в траве или под кустом детёныша. Однако, как только человек изменит направление, лосиха тотчас прекращает преследование.

Питаются лоси веточным кормом, корой, травами. Летом они заходят в болота и озёра, где охотно поедают прибрежные растения; спасаясь от насекомых, нередко погружаются в воду по шею.

Весной 1949 и зимой 1954 г. в заповедник с целью акклиматизации было завезено 12 сибирских косуль. Животных сначала выдерживали в загонах, где для них были построены убежища-шалаши. Вот что пишет в районной газете А. Бруцкус о косулях, завезённых в 1954 году. «Животные быстро освоились в новых условиях и привыкли к людям, которые наблюдали за ними. Особенно полюбили они шестилетнюю Нину — дочь одного из научных сотрудников заповедника. Как только девочка входила в загон, косули окружали её и ждали лакомств. Нина раздавала им по кусочку хлеба, а затем все они начинали бегать. Весело было смотреть, как стройные, игривые животные прыгали вокруг маленького человечка. Косули отыскивали девочку в своих шалашах и доставали излюбленную пищу из её карманчиков».

Косули.

В первые дни весны косуль выпустили на волю. Однако они ещё долго не забывали тех, кто кормил их. Нередко, встретив в лесу работника заповедника, они шли провожать его до самого дома. Но постепенно косули одичали. Они разделились на небольшие партии, появились у них малыши. Часть косуль ушла в прилегающие к заповеднику леса.

Опыт акклиматизации сибирских косуль прошёл удачно. Теперь эти ценные промысловые и красивые животные стали обитателями подмосковных заповедных лесов.

Из хищных зверей в заповеднике встречаются лисы, барсуки, куницы, енотовидные собаки; иногда появляются и волки. Енотовидные собаки проникли в Московскую область из соседних областей, куда они завозились в целях акклиматизации из Уссурийского края.

Норы лисиц и барсуков находятся в самых глухих малодоступных кварталах заповедника на склоне оврага, на дне которого протекает лесная речка Паниковка. Барсуки и лисы находятся под охраной, но на волков, появляющихся в заповеднике, тотчас же организуются облавы.

Барсук.

В 1948 году на лесной речке Таденке, впадающей в Оку, было выпущено две пары бобров. Это был один из первых опытов восстановления (реакклиматизации) этих ценных пушных зверей на территории Московской области, где они обитали и промышлялись в далеком прошлом. Ещё в XVIII веке бобры водились в бассейнах рек Москвы, Клязьмы и Оки. Бобровые угодья были в те времена даже в Измайлове, под самой Москвой.

В один из ясных и тихих летних дней перед заходом солнца мы с разрешения администрации заповедника организовали экскурсию к бобровым плотинам. Нам предстояло пройти около 3 километров по чудесной, полузаросшей травой дороге соснового бора.

Вот глубоко ушедшие в мох следы молодого лося, пересекшего дорогу; вот объеденные этими животными верхушки маленьких сосёнок и высоких травянистых стеблей иван-чая; на стволе тоненькой сосёнки «зачёс» от рогов косули. «Зачёсы», расположенные выше по стволу и на более крупных деревьях, принадлежат лосю. Косули и лоси счищают о стволы деревьев сухую кожицу с рогов, когда последние окончательно окостеневают. На других деревьях, особенно осинах, хорошо заметны следы зубов этих животных; осенью и зимой они обгладывают кору осины. Все эти следы мы отмечаем, не сходя с дороги; животные, как и люди, при своих передвижениях предпочитают более удобные пути, и если лось или косуля попадают на дорогу, притом глухую и редко посещаемую человеком, они идут по ней очень долго, не сворачивая в сторону. На сухих песчаных участках дороги попадаются маленькие выемки — это купальные ямки рябчиков, в которых эти птицы, подобно курам, «купаясь» в пыли, избавляются от наружных паразитов.

А вот, уже на твёрдой почве, несколько неглубоких косых ямок. Их выкопала лисица, охотясь за жирными личинками майских жуков. Что это именно лисица, а не какой-нибудь другой зверь, нам доказывают сохранившиеся кое-где совершенно ясные отпечатки следов лап и когтей хищницы.

Сворачиваем с дороги вправо и зарослями молодого леса направляемся к речке Таденке — местам обитания бобров. Невдалеке от берега стоит довольно толстая осина; на нижней её части есть большая выемка, выгрызенная бобрами. Другие, более тонкие осины лежат сваленные на земле. Около пней разбросана крупная щепа — это следы работы крепких и длинных бобровых резцов. На прибрежных участках русла, где вода уже сошла, хорошо видны заброшенные бобрами норы с ходами и лазами.

Солнце опускается к горизонту, поэтому приходится спешить, чтобы успеть прийти к месту до наступления сумерек.

Куница.

Пойма Таденки с её плодородной наносной почвой поражает своим мощным ярко-зёленым покровом, резко отличающимся от скудной растительности соснового бора. Мы идём узкой, едва заметной тропинкой между высокими, скрывающими нас почти с головой, травами. Переправившись по толстому бревну на другой берег, мы выходим к тому месту, где речка круто загибает вправо. Здесь-то бобры и соорудили свою плотину длиной 5–6 метров. С первого взгляда плотина представляет собой узкий, полузаросший травой гребень, образованный кусками дерева, перемешанными с илом и землёй. Часть ветвей воткнута в землю вертикально. Длина их различна, и на многих из них кора уже объедена бобрами. Весь этот материал слабо скреплён илом и землёй. Многие ивовые ветви проросли, появилась и трава — это делает плотину более прочной и устойчивой под напором воды. На самой плотине кое-где видны затащенные бобрами травы. Где-то внизу с негромким шумом просачивается вода. Благодаря плотине образуется широкое затопленное пространство, по берегам которого располагаются норы бобров.

Не следует думать, что бобровая плотина — очень прочное сооружение. Обыкновенной палкой можно пробить канавку, через которую тотчас же потечёт вода. Однако повреждения плотины обычно в ту же ночь исправляются бобрами.

Приближаются сумерки. Стараясь действовать бесшумно, устраиваем «засидку» у заросшего кустарниками берега. Замаскировавшись ветками осины и ивы, мы уже не двигаемся и сидим в полной тишине. Темнеет. Едва видны очертания противоположного, заросшего ивняком берега. Тишина. Лишь монотонное стрекотание кузнечиков да писк налетевшего комара нарушают глубокое безмолвие приближающейся августовской ночи. По тяжёлой чёрной поверхности воды расходятся лёгкие круги — то ли от всплеснувшей рыбы, то ли от скользнувшей водомерки или жука.

На воде появляется отражение поднимающейся луны. Сразу становится и светлее и как будто теплее. Началась тихая полнолунная ночь. В воде отражаются чёрные тени ветвей; на том берегу мелькнула и зажглась яркая точка — светляк; звёзды померкли; куда-то пропали комары. Вдруг справа раздаётся ясный и продолжительный всплеск — по неподвижной воде, рассекая её чуть выдающейся на поверхности воды мордой, плывёт бобр. Раздаётся ещё один всплеск; видно, как на противоположном берегу появляется сгорбленная фигура второго бобра. Затаив дыхание, мы с интересом наблюдаем, как бобр, подрезав пучок высокой травы, с аппетитом грызет её, поддерживая в передних лапах. Другой бобр, что-то волоча за собой, вплавь направляется к плотине. Но вдруг лёгкий и в то же время достаточно громкий треск сучка под ногой одного из нас спугнул бобров. Раздался громкий хлопок. Это один из нырнувших бобров ударил своим плоским хвостом по поверхности воды. Звери мгновенно исчезли под водой, и лишь расходящиеся круги на освещённой луной воде указывают на то место, где нырнули бобры. Снова воцаряется глубокая тишина.

В эту ночь едва ли можно дождаться выхода этих крайне осторожных зверей. Слегка озябшие от ночной сырости, мы возвращаемся прежней дорогой на кордон. В эту августовскую ночь такая знакомая днём зелёная дорога стала неузнаваемой; мы идём по какому-то удивительному новому пути: яркий лунный свет, пробиваясь сквозь ветки деревьев, заливает всё серебристо-белым сиянием, и потому сосны, кудрявые дубки и кустарники кажутся необычными, особенными, сказочными.

Вернувшись на кордон, утомлённые пережитыми впечатлениями, мы успеваем лишь наскоро занести в записные книжки то, что видели, и засыпаем крепким здоровым сном.

На следующий день возвращаемся на центральный участок заповедника. Снова сменяются перед нами незабываемые пейзажи векового соснового бора, весёлые полянки лиственного леса, глухие кварталы полного покоя; сосны, ели, липы и берёзы. Последний раз дышим мы лесным воздухом, слушаем лесные звуки, ощущаем тишину леса, наблюдаем его обитателей.

На центральном участке (у посёлка Данки), перед возвращением в Москву, осматриваем музей заповедника, интересно оформленный заведующим В. Ф. Арсеньевым. В музее выставлены чучела зверей и птиц, гербарии, макеты и диаграммы, наглядно отображающие жизнь заповедника и работу его сотрудников.

Заканчивая очерк об этом чудесном уголке Подмосковья, ещё раз хочется сказать, что, имея свойственную всем юным и не юным натуралистам страсть к далёким путешествиям, мы часто забываем, что совсем недалеко от нас есть места, заслуживающие не меньшего внимания, чем величественные горы Кавказа, леса Уссурийского края, знойные степи Казахстана, тропики Азии и Африки.

Южная часть советского Дальнего Востока, Приморье и Приамурье, по богатству и разнообразию природы — одно из самых замечательных мест нашей Родины.

Всё здесь особенное и неповторимое: и ландшафт, и климат, и растительность, и животный мир.

Горные хребты, поросшие лесами, пересекаются обширными равнинами. С оголённых вершин гор (гольцов) видно, как далеко во все стороны простираются по сопкам кедровые, лиственничные и широколиственные леса, а ещё дальше, на горизонте, сверкает синяя полоса моря.

Продолжительное, тёплое и влажное лето, вызывающее бурный рост трав, кустарников и деревьев, сменяется суровой, сухой, солнечной и малоснежной зимой.

Натуралиста и любителя природы на Дальнем Востоке поражает прежде всего удивительное сочетание южных растений и животных с таёжными, северными.

В Приморье встречаются места, где маньчжурский орех уживается рядом с кедром и пихтой, а лоза дикого винограда обвивается вокруг ели. Знакомые нам осины и липы перемежаются с пробковым деревом и даурской лиственницей. Последняя — самое распространённое дерево Дальнего Востока — отличается исключительной прочностью. Встречаются заросли маньчжурской яблони, абрикоса, уссурийской вишни.

Деревья и кустарники перевиты амурским виноградом, сладкой, душистой актинидией, пахучим лимонником и прочими вьющимися растениями.

Вся растительность Дальнего Востока приспособлена к резким сменам суровой зимы и жаркого лета. Эта особенность с большой проницательностью была использована И. В. Мичуриным в его работах по выведению новых пород плодово-ягодных культур, в которых высокая урожайность, морозоустойчивость и жизнестойкость дикого уссурийского растения сочетаются с ценными качествами нежных культурных плодовых растений южных стран.

Только здесь, на Дальнем Востоке, в области Сихотэ-Алиня отмечен знаменательный в зоогеографии факт совместного обитания и тигра и таёжных животных: соболя, северного оленя. Типичная кошка северных лесов, рысь, живёт в Уссурийском крае наряду с кровожадным хищником тропиков — леопардом и самым крупным видом дикой кошки — дальневосточным лесным котом.

Кроме бурого медведя, здесь встречается глянцевито-чёрный, с белым пятном на груди чёрный, или гималайский медведь — обитатель горных лесов Южной Азии.

В Уссурийском крае численность его выше, чем бурого. Он больше, чем бурый медведь, приспособлен к лазанью по деревьям, где охотно кормится черёмухой, желудями, маньчжурским орехом, дикими плодами.

В отличие от бурого медведя, залегающего в берлогу на земле, чёрный устраивает свою берлогу в дуплах деревьев, куда иногда забираются несколько зверей. Входное отверстие в дупло помещается иногда довольно высоко в 10–20 метрах от поверхности земли.

Бурый и гималайский медведи.

Наряду с нашим обычным волком в глухих горных районах рыщут небольшими стаями красные волки, отличающиеся несколько меньшими размерами тела, рыжим мехом и пушистым, как у лисицы, хвостом^[5]. Красный волк — коренной житель гор Центральной и Южной Азии. Образ жизни этого своеобразного животного почти совсем не изучен.

Грациозный, свойственный только Дальнему Востоку пятнистый олень обитает здесь наряду с великаном северных лесов — лосем.

Пятнистый олень имеет важное промысловое значение из-за пантов — молодых, неокостеневших рогов, из которых добывается пантокрин, ценное лекарственное вещество. Оно резко повышает жизнедеятельность организма и издавна употребляется в китайской и тибетской медицине, а в последнее время применяется и в советской медицине. Ещё в дореволюционное время на Дальнем Востоке существовало несколько частновладельческих хозяйств, где содержались пятнистые олени. В послеоктябрьский период там же были организованы крупные оленеводческие совхозы. Кроме того, за последние 15–20 лет пятнистые олени были завезены в различные места Европейской части РСФСР и акклиматизированы в Окском, Ильменском, Хопёрском, Мордовском, Башкирском и Тебердинском заповедниках, а также в Лосиноостровской базе бывшего пушно-мехового института под Москвой.

Акклиматизированные пятнистые олени в Мордовском заповеднике (пятна на зимней шерсти незаметны).

Другой типичный зверь Дальнего Востока — енотовидная собака, или уссурийский «енот», начиная с 1934 года был завезён и расселён во многих областях Европейской части Союза, а также на Кавказе, в Средней Азии, на Алтае и в юго-западной Сибири. Во многих местах этот плодовитый пушной зверь прекрасно акклиматизировался и размножился; в отдельных областях он уже прочно вошёл в состав промысловой фауны.

Однако необходимо отметить, что не везде енотовидная собака оказалась желанным гостем. В ряде мест зоологи и промысловые охотники считают этого зверя виновным в оскудении запасов водоплавающей и боровой дичи, поскольку енотовидная собака уничтожает яйца, птенцов, а иной раз и насиживающих на земле птиц: уток, тетеревов, рябчиков.

Наряду с соболем и колонком в дальневосточной тайге живёт выходец из Южного Китая и Индии, крупная куница-харза. Но если колонок и в особенности соболь являются ценнейшими пушными зверями, то харза не представляет промысловой ценности, так как мех у неё грубый. Кроме того, она наносит вред охотничьему хозяйству, уничтожая ценных промысловых животных: соболя, кабаргу, телят марала и пятнистого оленя.

Куница-харза преследует кабаргу.

Необходимо отметить, что некоторые из упомянутых выше зверей хотя и типичны для Дальнего Востока, но крайне немногочисленны и встречаются далеко не всюду; даже бывалым охотникам и опытным натуралистам редко удастся встретить в природе тигра, леопарда, красного волка и пятнистого оленя.

Самыми многочисленными млекопитающими Дальнего Востока являются мелкие грызуны: полёвки, мыши, хомячки, крыса-карако; грызун, ведущий подземный образ жизни, — маньчжурский цокор и др. Все эти грызуны наряду с землеройками (отряд насекомоядных) встречаются в таком обилии, что составляют важнейший фон населения млекопитающих Дальнего Востока.

Не менее своеобразны и птицы Дальнего Востока. Сине-зелёный с красным клювом восточный широкорот, подстерегает насекомых на верхушках деревьев. За летающими насекомыми днём охотится иглохвостый стриж, а ночью — индийский козодой — обладатель громадного рта, отороченного щетинками.

По озёрам и болотам наряду с известными каждому охотнику кряквой и чирками можно увидеть чёрную крякву — типичный китайско-японский вид, доходящий в своём распространении на юге до Филиппинских островов, и нарядную утку-мандаринку с её оригинальной яркой окраской, представляющей смесь ярко-рыжего, серо-зелёного, сине-фиолетового и белого цветов. Гнездится эта птица в дуплах по лесным речкам. Она имеет характерную повадку садиться на деревья, чем отличается от остальных уток. В Приамурье проходит северная граница распространения зелёной амурской кваквы. На озере Ханка и в долине реки Уссури гнездится тропический китайский ибис.

Замечательная по своей красивой окраске голубая сорока интересна тем, что на всём земном шаре встречается только в двух, далеко отстоящих друг от друга местностях, а именно в Восточной Азии и на Пиренейском полуострове. Такую «разорванность» её распространения зоологи объясняют тем, что эти две области в отдалённый ледниковый период не подвергались оледенению, которое на остальной территории оказалось гибельным для этих птиц.

Типичная птица темнохвойных лесов Дальнего Востока — черный рябчик, или дикуша, которая в полтора раза крупнее обычного рябчика, имеет промысловое значение. Интересно, что эти птицы поразительно доверчивы, за что получили среди населения Приморья название «смиренного» рябчика. Вспугнутые с земли, птицы обычно взлетают невысоко на дерево и спокойно сидят, разглядывая человека. В связи с этим охотники применяют очень простой и даже забавный способ добычи их при помощи длинной палки с волосяной или верёвочной петелькой на конце. Такую петельку осторожно надевают на шею птицы и, затянув, стаскивают добычу вниз. Ещё более курьёзно то, что остальные «смиренные» рябчики не улетают, а продолжают оставаться на дереве, как бы ожидая своей очереди. Так можно переловить порядочное число птиц из одной стаи.

Дикуша — «смиренный» рябчик.

В последнее время поставлен вопрос об акклиматизации дикуши в других районах нашей Родины. За целесообразность этого мероприятия говорит не только несомненная промысловая ценность дикуши, но и её большая плодовитость, выносливость, приспособленность к суровому и сырому климату, а также неприхотливость: зимой она питается главным образом хвоей пихты.

Совершенно исключительна по обилию пролётных птиц Приханкайская равнина. Озеро Ханка — одно из лучших мест Советского Союза для охоты на водоплавающую и болотную дичь: гусей, уток, лебедей, куликов.

По побережью Японского моря и Татарского пролива, на высоких обрывистых скалах расположены птичьи базары — гнездовые колонии кайр, чистиков, топориков, чаек. Характерные хищники побережья — камчатский орлан и орлан-белохвост — охотятся летом за рыбой, а зимой на птиц и мелких зверьков.

Дальневосточные моря и реки чрезвычайно богаты рыбой.

Наибольшее промысловое значение имеют лососевые рыбы: кета, сима, горбуша, сиг, а из осетровых — калуга.

Дальневосточным водам свойственны такие южнокитайские по происхождению рыбы, как ауха, амурский сом, желтощёк, толстолобик и, наконец, тропическая рыба — змееголов. Взрослые экземпляры змееголова бывают до 7 килограммов веса. Своё название эта рыба получила за форму головы, похожую на змеиную. В Китае, Корее и Индии змееголова уже давно разводят искусственно в прудах.

В недавние годы была предпринята попытка акклиматизации некоторых амурских рыб в водоёмах Московской области. Для белого амура, змееголова и некоторых других рыб эта попытка увенчалась успехом. Особенно хорошо приспособился к новым условиям змееголов, питающийся мелкой рыбой и головастиками. Рекомендуется разведение белого амура — растительноядной рыбы, совместно с карпом, питающимся в основном мелкими беспозвоночными животными, а хищного змееголова — в мелких, заросших прудах совместно с сорной рыбой (плотвой, ершом и др.).

В настоящее время разведение амурских рыб уже широко применяется и в других водоёмах Европейской части РСФСР.

Вверху — толстолобик; внизу — змееголов.

Дальневосточные моря богаты ценными промысловыми млекопитающими — китами и тюленями. Весной и летом моря становятся настоящими пастбищами для китов, так как здесь появляются косяки рыб, осьминоги и кальмары — основная пища зубатых китов кашалотов. Массами размножаются в это время года мелкие рачки и другие планктонные организмы, которыми питаются беззубые киты — финвалы, сейвалы, горбачи и др. Стада морских гигантов — китов плывут к дальневосточным морям из умеренных и тропических частей океана, где пищевые запасы в это время истощаются. Как раз в этот период в Охотском, Японском и Беринговом морях начинает вести китобойный промысел наша дальневосточная флотилия «Алеут», добывающая сотни тонн китового жира, мяса и других ценных для промышленности продуктов, в частности спермацет и амбру для парфюмерного производства.

Флотилия «Алеут» состоит из большого судна-базы (на котором производится обработка китовых туш) и нескольких мелких китобойных судов, на которых преследуют китов и забивают их при помощи гарпунных пушек. Больше всего добывается кашалотов, составляющих 60–70 % дальневосточного китобойного промысла. На втором месте стоит финвал. Остальные виды — горбач, сейвал, серый кит и др. — встречаются реже и потому составляют незначительную часть промысла.

Охота за кашалотами.

Из других морских зверей предметом промысла являются различные виды отряда ластоногих. Самый ценный из них — котик, обладающий прекрасным мягким подшёрстком, шкура его идёт на изготовление высококачественной зимней одежды. Основные лежбища котиков находятся на Командорских островах и у восточных берегов Сахалина, где весной самки рождают детёнышей и выкармливают их. Осенью стада котиков откочёвывают на юг — к Японским островам.

Оригинальны дальневосточные пресмыкающиеся. Наряду с обычными нашими змеями — обыкновенным ужом, обыкновенной гадюкой, восточным щитомордником — здесь можно встретить тропического ярко-зелёного или голубого с оранжево-красными пятнами тигрового ужа, так же как и обыкновенный уж, не ядовитого. Многочисленны полозы. Особенно характерен амурский полоз, или полоз Шренка — сильно кусающаяся, но также не ядовитая змея длиной свыше 2 метров. Полоз охотится на земле за грызунами, а на деревьях преследует птиц и разоряет их гнёзда. Амурский полоз хорошо приручается, и в Маньчжурии его даже держат в амбарах и фанзах, где он уничтожает грызунов — вредителей зерновых запасов, а также защищает от них прилегающие к постройкам посевы.

Амурский полоз.

Только на Дальнем Востоке встречается своеобразная, с мягким кожистым панцирем, дальневосточная черепаха, относящаяся к одному из тропических отрядов этих животных. Живёт она в реках и озёрах, где, зарывшись в ил и выставив голову, подстерегает проплывающих мимо рыбок. Шея её длинная и подвижная, а челюсти сильные и крепкие. В противоположность остальным черепахам дальневосточная черепаха может кинуться на человека и больно укусить. Интересна способность этих черепах пребывать под водой до 15 часов, что объясняется наличием в глотке животного многочисленных ворсинок, выполняющих роль жабр. Мясо и яйца этой черепахи съедобны.

Дальневосточная черепаха.

Уссурийский край поражает обилием разнообразных насекомых, многие из которых свойственны исключительно Дальнему Востоку или имеют тропическое происхождение; нередко они обладают изумительной яркостью окраски. К ним относятся, например: сине-зелёный махаон Маака — одна из самых крупных дневных бабочек нашей страны; ярко окрашенные желтые уссурийские махаоны; бледно-зелёные бабочки-глазчатки, радужные переливницы. Наряду с ними и ночные бабочки — орденские ленты, бражники и шелкопряды — являются украшением дальневосточной природы.

1 — махаон Маака, 2 — павлиноглазка Артемида, 3 — амурская змеиная совка, 4 — бражник Татаринова, 5 — радужница Шренка.

Своеобразное, неповторимое зрелище представляют летающие жуки-светляки. В начале лета, в тихие тёплые ночи, воздух бывает заполнен множеством мигающих синеватых искр. Осенью, в конце августа — начале сентября, летают жуки-светляки другого вида, более крупные. В Приморье обитает и самый крупный жук нашей страны — уссурийский дровосек-гигант.

Главный бич как для населения, так и для животных — мошки и комары, массовый вылет которых начинается с июня и достигает максимума в июле. Эти насекомые, получившие в народе характерное название «гнус», в продолжение двух — двух с половиной месяцев изводят как людей, так и животных.

Начиная с середины августа численность гнуса начинает резко падать, и с наступлением морозов эти насекомые исчезают вовсе.

Гнус и клещи — переносчики опасных болезней человека и животных — единственное тёмное пятно в прекрасной природе Приморья и Приамурья. Этому тёмному пятну объявлена жестокая война, в которой советские учёные уже одерживают первые победы. Академик Е. Н. Павловский и его сотрудники выяснили роль клещей в распространении весенне-летнего энцефалита и разработали эффективные меры борьбы с ним. Энтомологом Н. А. Рубцовым проведены детальные исследования размножения и развития «гнуса» и предложен ряд мер как по ликвидации очагов выплода этих насекомых, так и по защите от них домашних животных и человека.

В заключение хочется сказать, что если в очерке о природе Подмосковья мы рассказали о замечательном и интересном уголке природы вблизи нас, то, заканчивая очерк о яркой, своеобразной природе Дальнего Востока, нам хотелось бы привлечь внимание начинающего натуралиста, туриста, охотника и просто любителя природы к этому далёкому, но очень интересному, богатому и ещё мало изученному обширному краю нашей Родины.

Сам я в Африке не был, но в студенческие годы встречался и подолгу беседовал с одним из наших зоологов Владимиром Васильевичем Троицким, который в 1912–1914 годах путешествовал по Центральной Африке в районе озера Виктория-Ньянца, занимаясь сборами зоологических коллекций и географическими исследованиями по поручению Академии наук и Московского университета.

В период пребывания в Африке В. В. Троицкий в сопровождении носильщиков-негров прошёл пешком 1200 километров, покрыв путь между озёрами Виктория-Ньянца и Танганьика и обратно.

Из Москвы В. В. Троицкий выехал в середине февраля 1912 года, а в начале марта отплыл на пароходе из Одессы в Александрию.

Пройдя живописный с гористыми берегами пролив Босфор, Мраморное море, Дарданеллы, покинув после длительной стоянки греческий порт Пирей, пароход пересёк с северо-запада на юго-восток Средиземное море, и на седьмые сутки плавания путешественники увидели желтовато-серую полоску. Это были берега Египта — преддверия Африки. Пароход вошел в порт Александрию в устье Нила. Это самая близкая к СССР часть Африки. В дельте Нила зимуют многие птицы, гнездящиеся на территории СССР. В это время года озёра и болота Нижнего Египта представляют живописное зрелище: на поверхности воды плавают бесчисленные стаи гусей и уток; над водой летают ласточки и чайки. Местами на озере не видно ни грязи, ни воды — всё покрыто группами бело-розовых пеликанов и белоснежных лебедей; по мелководью бродят длинноногие фламинго; на берегу расположились пёстрые выпи, ибисы и много других пернатых.

Пеликаны и фламинго в дельте Нила.

На следующий день натуралист прибыл в Порт-Саид, в то время небольшой городок, от которого начинается знаменитый Суэцкий канал, соединяющий Средиземное море с Красным. Узкий канал, длиною в 160 километров, по которому медленно идёт корабль, прорезает пустынный перешеек между Аравией и Африкой.

Войдя в Красное море, путешественник впервые увидел стайки летающих рыб, то и дело выскакивающих из воды. Их длинные, широко раскрытые плавники переливались на солнце всеми цветами радуги. Вокруг парохода всё время сновали дельфины. Ночью разрезаемые носом парохода волны зажигались синеватым огнём, разлетающиеся брызги искрились алмазами, и за кормой оставался след в виде широкой блестящей дороги — это светящиеся микроскопические организмы: простейшие и бактерии. Своё название Красное море получило потому, что в периоды массового размножения в нём красных бактерий вода приобретает красноватый оттенок.

Через семь суток после отплытия из Порт-Саида пароход подошёл к порту Аден — одному из самых жарких мест на земном шаре. Порт и город расположены среди типичной Аравийской пустыни: голых скал, камня и песка. Если, уезжая в феврале из Москвы, путешественник был в шубе, которую в Одессе сменил на пальто; если в Средиземном море вполне можно было обходиться без пальто, то здесь было уже невыносимо жарко в одной рубашке.

Забрав в Адене уголь, пароход вышел в Индийский океан и поплыл вдоль восточного побережья Африки всё дальше и дальше на юг — к экватору. На четвёртые сутки пароход пересёк экватор. По морской традиции, этот день отмечают как праздник: пассажиров и матросов, впервые попавших на экватор, обливают водой; смех, шум и беготня царят на верхней и нижней палубах.

Наконец, на 31-й день пути от Москвы, пройдя только морем свыше 10 тысяч километров, молодой русский натуралист закончил морскую часть своего путешествия, достигнув Момбазы — важнейшего порта и города Экваториальной Африки. Город расположен на небольшом коралловом островке, отделённом от материка узким проливом.

Пароход медленно входил в бухту. Непривычная для европейского глаза картина развернулась перед путешественником. Первые минуты нельзя прийти в себя от сказочного богатства тропической растительности.

У самой воды, даже частично погружаясь в неё, стоят заросли мангровых деревьев, между которыми ослепительно сверкают прогалины кораллового песка. Несколько дальше колышутся на ветру листья стройных кокосовых пальм. Массивные баобабы, издали напоминающие наши дубы, чередуются с густой сочной зеленью бананов и манго. Под яркими лучами африканского солнца изумительное впечатление производит сочетание мелколиственной зелени апельсиновых, лимонных и других деревьев с громадными перистыми листьями пальм и тамариндов. Если в умеренном поясе растительность имеет всего несколько зелёных тонов, то в тропиках поражает бесчисленное количество оттенков от почти прозрачного бледно-зелёного до густого тёмно-зелёного тона. Европейский ландшафт можно сравнить с нежной акварелью; африканский тропический — с яркой, блещущей масляными красками картиной.

В Момбазе зоолог пробыл несколько дней, деятельно готовясь к дальнейшему путешествию в глубь материка.

Наконец все приготовления были закончены, и путник сел в поезд Угандской железной дороги, связывающей Момбазу с громадным озером Виктория-Ньянца, находящимся в самом сердце Экваториальной Африки.

Пройдя по мосту и дамбе, связывающим остров с материком, поезд вначале идёт среди тропической растительности прибрежной полосы. Из окна вагона видны рощи кокосовых пальм, плантации бананов, кофе, маниоки, апельсинов и ананасов. Местность здесь густо населена, и поезд останавливается через каждые полчаса, забирая на станциях пассажиров — негров, нагружённых луками, стрелами, мешками и корзинами.

По мере того как поезд удаляется от побережья и медленно поднимается к Центральной Африканской возвышенности, пейзаж резко меняется. Начинается однообразная и однотонная степь с разбросанными на ней одиночными баобабами; её сменяют непроходимые заросли колючих кустарников и акаций, и снова тянется голая степь. С некоторым разочарованием смотрел натуралист на этот довольно скучный и неприветливый ландшафт. Быстро, почти без сумерек наступила африканская ночь. Зоолог улёгся на лавку, но ему долго но спалось. Стало как-то грустно в этой незнакомой стране. Вспоминалась Москва, родная, далёкая страна. Но в конце концов усталость взяла своё, и он заснул под мерный стук колёс.

На следующий день рано утром В. В. Троицкий, как только проснулся, выглянул в окно. Поезд только что отошёл от станции Цаво. Перед глазами расстилалась всё та же гладкая, лишь на горизонте слегка холмистая степь. Но что это? Вдали, на горизонте, а также всего в 100–200 метрах от рельс, пасутся стада антилоп. Некоторые из них лишь лениво отходят в сторону при приближении поезда, другие же, пугливо озираясь, быстро уносятся прочь.

При замедленном ходе поезда можно различить отдельные виды антилоп. Вот небольшие, величиной с козу газели Гранта и ещё меньшего размера, непрерывно помахивающие коротким хвостиком газели Томсона, а дальше — крупные, величиной с лося, но только с прямыми и наклонёнными назад рогами, антилопы канны. Однако самое сильное впечатление производят похожие на рогатых лошадей голубовато-серые антилопы гну. Они особенно выделяются своей странной внешностью.

За холмом промелькнули качающиеся шеи жираф; вдали промчался, поднимая клубы пыли, табунок пёстрых зебр.

У самого железнодорожного полотна чинно разгуливали хищные птицы секретари, разыскивающие змей — свою основную пищу. Вспугнутые свистком паровоза, быстро бежали, распустив крылья, страусы. Как эффектны и красивы эти птицы среди природы, как непохожи они на невзрачных страусов зоопарков и зверинцев! И вдруг неожиданно В. В. Троицкий увидел зайца, напомнившего ему самого обычного зверька нашей Родины; это был один из видов африканских зайцев, близких к нашему русаку.

Из хищников натуралист заметил лишь шакалов, но, как передавали ехавшие с ним спутники-англичане, бывали случаи, когда из окон вагона удавалось увидеть и льва, терзающего антилопу.

Целых шесть часов подряд поезд проходил по этому удивительному природному зоопарку. В чём же дело? Откуда такое изобилие животных? Оказывается, в этом месте Угандская железная дорога пересекает огромный резерват, или заповедник, в котором сохранилось много восточно-африканских зверей. Угандский заповедник существует и в настоящее время.

Насколько много развилось здесь зверей, видно из того, что ежегодно отмечались случаи, когда под поезд попадала неосторожная антилопа или зебра. Работники телеграфной связи жаловались на то, что жирафы своими длинными шеями обрывали телеграфные провода. Количество львов, к счастью, сильно уменьшилось. Раньше, в период постройки дороги, т. е. в 1900 году, они своими нападениями иногда наводили панику на строителей. Был даже случай, когда из-за поселившихся близ станции Цаво двух львов, нападавших на людей, пришлось приостановить постройку моста через реку Цаво на три недели, пока одному из инженеров не удалось застрелить обоих хищников. Другой крупнейший заповедник — имени Крюгера, площадью около 2 миллионов гектаров, находится в Южной Африке между реками Лимпопо и Крокодиловой. В этом заповеднике, организованном в 1926 году, охраняются антилопы куду, буйволы, слоны, жирафы, львы и другие животные.

Восточно-Африканский заповедник.

Ввиду обилия зверей движение людей по заповеднику пешком, на велосипедах и верхом запрещено. Осмотр территории экскурсиями и туристами разрешается только в пределах дорог, на автомашинах и в сопровождении опытных проводников. О количестве диких зверей, населяющих заповедник, можно судить по заметке одного английского туриста, который, пробыв в заповеднике четыре дня, наблюдал стада антилоп в несколько сот голов, видел стадо слонов в 44 головы: в течение одного дня встретил 17 львов; видел одиночных буйволов.

Конечная станция Угандской железной дороги — Порт-Флоренс, находится на расстоянии 900 километров от Момбазы на берегу озера Виктория-Ньянца. Это огромное озеро имеет 400 километров в длину и столько же в ширину.

Зоолог поселился в городке Букоба на берегу озера, откуда совершал экскурсии в окрестные тропические леса. В этих местах водились леопарды, охотящиеся как и большинство африканских хищников, ночью.

Вот как описывает В. В. Троицкий наступление ночи в окрестностях Букобы. В 6 часов вечера почти сразу, без наступления сумерек, начинается тёмная тропическая ночь. В воздухе появляются полчища комаров; массы летучих мышей слетают с деревьев, где они спали днём. Мерцающими зигзагами проносятся во всех направлениях светящиеся насекомые. В тихих и безмолвных днём лесах появляются звуки, постепенно разрастающиеся в целую симфонию. Со всех сторон раздаются резкие и большей частью неприятные крики птиц и похожие на плач ребёнка голоса лемуров. Лягушки издают громкие звуки, напоминающие орган или мелодичный звон сотен бубенчиков. И вдруг среди этих мирных звуков раздаётся протяжное, громкое мяуканье леопардов, не прекращающееся почти всю ночь и вызывающее нервную дрожь у непривычного человека. Иногда к нему присоединяется страшное рыканье льва. В палатке путешественников по африканскому обычаю горят две керосиновые лампы; если одна из них будет погашена налетающими насекомыми или летучими мышами, то другая останется зажжённой — для защиты от леопардов, которые, как и все звери, боятся огня.

Леопарды бодрствуют всю ночь и редко активны днём; такую редкую встречу с леопардом В. В. Троицкий описывает в одной из своих экскурсий в лес близ Букобы. Высокие деревья здесь тесно переплелись своими верхушками, и потому в лесу было прохладно и царил полумрак. В. В. Троицкий шёл и ловил бабочек, которых осторожно укладывал в морилку. Вдруг не более чем в десяти шагах он увидел два тёмных глаза, увидел и остолбенел от страха. Перед ним был леопард: он внимательно смотрел на человека, пригнувшись к земле. Троицкий настолько растерялся от неожиданности, что забыл о ружье, которое было за плечами, и о револьвере в кармане. Может быть, это было и к счастью, так как леопард при малейшем движении человека инстинктивно мог бы броситься на него, как это свойственно хищникам. Первым пришёл в себя зверь. Он пригнулся ещё ниже и… прыгнул в сторону. Только тогда В. В. Троицкий выхватил револьвер и выстрелил несколько раз в воздух, чтобы ещё больше испугать хищника.

Встреча с леопардом.

Что касается обезьян, то заметить их в африканском лесу не так-то легко. Натуралисту долгое время не удавалось найти в лесу мартышек, хотя на самом деле их были тысячи. Это объясняется тем, что зеленовато-серая окраска обезьян очень подходит к цвету листвы и ветвей. Кроме того, скрываясь от охотника, животные затаиваются, прижимаясь к сучьям деревьев, и становятся почти незаметными.

То же можно сказать о змеях и ящерицах. Многих обнаружить крайне трудно из-за их незаметной в лесу зелёной окраски или принимаемой ими неподвижной позы, напоминающей тонкий ствол лианы, сучок или лист. Более опытные глаза местных жителей отыскивали этих животных гораздо быстрее. Местные жители доставляли зоологу тонких ярко-зелёных древесных змей, хамелеонов и лягушек, походивших на зелёный лист. Всё это были животные неядовитые.

Из ядовитых наиболее часто встречалась очень опасная африканская гадюка. У этой толщиной с человеческую руку и пёстро окрашенной змеи ядопроводящие зубы очень велики; укус часто приводит к смерти. Но она, как, впрочем, и большинство ядовитых змей, малоподвижна и кусает лишь тогда, когда человек наступит на неё ногой. На одной кофейной плантации в окрестностях Букобы гадюка укусила в ногу мальчика негра. Его удалось спасти тем, что тотчас разрезали место укуса чистым ножом, выжали четверть стакана крови и ввели под кожу противозмеиную сыворотку.

На озере можно было наблюдать крокодилов. В тихую погоду на гладкой поверхности воды то тут, то там появлялись две пары тёмных бугорков, соответствующие ноздрям и глазам крокодилов. Чем дальше от берега, тем крокодилы менее осторожны. Одни энергично плавали, показывая спины и хвосты; другие лежали неподвижно и, по-видимому, спали; третьи, взобравшись на большие камни, грелись на солнце.

Крокодилы на озере Виктория-Ньянца.

Из птиц чаще всего здесь встречались разных видов ткачики, которые заселяют не только леса, но часто встречаются и в городах. Эти птички так же обычны в Африке, как у нас воробьи, которым они родственны систематически. Сходство выражается не только в деталях внутреннего строения, но и в скромном оперении самок и в незатейливом пении (чириканье). Замечательны ткачики своими изящно построенными гнёздами, которые они подвешивают либо к верхушкам прибрежных камышей, либо к концам засохших ветвей, свешивающихся с какого-нибудь обрыва. Так называемые общественные ткачики совместно, целой стайкой сооружают общий навес в виде зонта, под которым отдельные парочки устраивают свои висячие гнёзда.

Гнёзда общественных ткачиков.

Своеобразны ткачики-вдовушки, самцы которых обладают непомерно длинными хвостами. Нарядное оперение самцов сменяется после гнездования на скромное, как у самок. Название «вдовушки» дано этим птицам ввиду явного преобладания самок в стаях этих птиц.

Ткачики-вдовушки: самец (на переднем плане) и самка (на заднем плане).

Там, где есть цветы, часто попадаются миниатюрные, с ярким, блестящим оперением нектарницы, питающиеся не только насекомыми, но и высасывающие из цветков сладкий сок. Эти птички по своим размерам, оперению и образу жизни напоминают американских колибри, хотя и не родственны им. (Колибри относятся к отряду стрижеобразных, а нектарницы — к воробьиным.)

Нектарницы: справа — самец, слева — самка.

На лесных опушках то и дело раздаются резкие крики птиц-носорогов. Эти крупные, величиной с ворону птицы обладают громадным и в то же время очень лёгким клювом с массивным утолщением у основания.

Птица-носорог.

Особенно много птиц у озера Виктория-Ньянца. Над водой носятся пёстрые зимородки, по берегу шагают цапли.

Чёрные ибисы роются в иле своими изогнутыми клювами; на торчащих из воды корягах сидят бакланы.

Из насекомых в тропическом лесу прежде всего поражает обилие бабочек; многие из них отличаются крупными размерами и яркой окраской. На сырых глинистых участках дорог и прогалин, хорошо освещённых солнцем, скапливаются сотни и тысячи бабочек, сосущих влагу из земли. «Охмелевшие» бабочки сидят так крепко, что ловить их не представляет большой трудности. Крайне интересны бабочки-каллимы, которые при малейшей опасности садятся на ветку, причём форма и окраска их сложенных крыльев оказываются изумительно похожими на сухой лист. В этом отношении каллима представляет замечательный образец покровительственной, или защитной, формы и окраски тела.

Из жуков привлекают внимание — мечта коллекционеров — жуки-голиафы, близкие родичи наших майских жуков и бронзовок, однако значительно крупнее их (достигают 10 сантиметров и более в длину и 6 сантиметров в ширину). Они летают с громким жужжанием у вершин деревьев, объедая, так же, как и майские жуки, листву. Пойманного голиафа трудно удержать в руке, настолько силён этот крупный жук. Размножается голиаф, откладывая яички в землю, где они развиваются до стадии куколки в течение 1–2 лет.

Жуки-голиафы (в полёте).

Из других насекомых обращают на себя внимание странствующие муравьи — дорилины. Они не имеют постоянного жилища и ведут кочевой образ жизни, устраивая временные гнёзда в гниющих пнях. Передвигаются муравьи длинными и узкими колоннами, причём перетаскивают с собой своих личинок и куколок («яйца»). На своём пути бродячие муравьи нападают на всё съедобное: гусениц, мух, жуков и даже мышей. Эти муравьи крайне неприятны для путешественников, так как, забираясь в палатки, иной раз уничтожают продовольствие и собранные коллекции.

Не менее интересны термиты, земляные и глиняные постройки которых попадаются на полянах и опушках леса, а также по закраинам дорог. Постройки термитов некоторых видов столь велики, что превышают рост человека, и так прочны, что для изучения внутреннего строения приходится взламывать их киркой и топором. Тогда можно увидеть лабиринт ходов-коридоров, по которым снуют беловатые термиты — «рабочие». Более крупные и большеголовые «солдаты» угрожающе хлопают своими сильными челюстями, которыми они могут прокусить кожу человека. После упорной и продолжительной работы удаётся проникнуть в царскую камеру, где находится матка — насекомое величиной с мизинец. Матка непрерывно откладывает яйца, которые затем уносятся рабочими в выводковые камеры.

Последние месяцы своего пребывания в Африке В. В. Троицкий посвятил обследованию того берега озера Виктория-Ньянца, где в конце прошлого столетия свирепствовала сонная болезнь, возбудителем которой является микроскопическое простейшее трипанозома, паразитирующая в крови, а переносчиком — муха це-це (чуть побольше нашей обыкновенной комнатной мухи). Болезнь протекает очень тяжело, сопровождается лихорадкой, прогрессирующей сонливостью и крайним истощением, приводящими в конце концов к смерти. Сонная болезнь поражает главным образом негров; белые заболевают ею очень редко. В Восточную Африку эта болезнь была занесена из Конго и приняла ужасающие размеры в восьмидесятых годах прошлого столетия. До этого берега Виктории-Ньянцы были густо заселены. За какой-нибудь десяток лет сонная болезнь погубила несколько сот тысяч негров, причём некоторые посёлки вымерли почти полностью. Всё оставшееся население было переселено в глубь страны, а угрожающие районы побережья, где в кустарниках плодятся мухи це-це, были заповеданы: вход туда был строго запрещён. В эти места и отправился В. В. Троицкий, чтобы собрать там как самих мух, так и их личинок, а затем доставить их в Россию, где в тот период муха це-це была почти неизвестна. Зоолог отправился в своё путешествие один на небольшой лодке. На четвёртые сутки он был у цели своего путешествия и приступил к обследованию прибрежных зарослей, где держатся мухи це-це.

У натуралиста был чёткий распорядок дня. Встав с восходом солнца, т. е. около 6 часов утра, он разводил костёр, кипятил чай, завтракал, а затем садился в лодку и плыл вдоль берега, обследуя прибрежные кустарники в поисках мухи це-це. Около четырёх часов дня он заканчивал работу, вытаскивал лодку на песок, готовил на костре обед из убитой им птицы, а с заходом солнца, в 6 часов вечера, ложился в лодку и, накрывшись с головой тёплым одеялом (ночи в Экваториальной Африке бывают холодные), спал до утра.

На одном из бивуаков с ним произошёл следующий случай. Уже перед рассветом сквозь сон зоолог почувствовал, что ноги его давит что-то тяжёлое. Он поболтал ногами. Стало легче. Но через 1–2 минуты снова какая-то тяжесть стала наваливаться на него. Высунув голову из-под одеяла, натуралист увидел, что на его ногах, полусвернувшись, лежит… крупный африканский питон. Ему, видно, очень понравилась тёплая и мягкая подстилка. Так как эта сильная змея могла сломать руку, а бросившись на шею и задушить, то пришлось действовать быстро и решительно. Улучив удобный момент, натуралист схватил змею за шею и сунул головой в воду. Перепуганный питон стал быстро извиваться, и, перевалившись через борт лодки, вскоре исчез, уплыв по поверхности воды.

Другой раз Троицкому пришлось испытать атаку бегемотов. Это приключение оказалось гораздо более серьёзным и могло кончиться трагически. Около четырёх часов дня путешественник медленно плыл на своей лодке, выбирая подходящее место для стоянки. Неожиданно лодка на что-то натолкнулась. Это «что-то» оказалось… погрузившимся в воду и, по-видимому, дремавшим бегемотом. Разбуженный и рассерженный зверь тотчас же вынырнул и, открыв свою громадную пасть, начал громко реветь. Сейчас же по другую сторону лодки показался другой бегемот. Вероятно, это были самец и самка. Зоолог начал поспешно грести к берегу. Но один из бегемотов, нырнув под лодку, поднял её своей спиной и перевернул. Конечно, и путешественник и все его вещи оказались в воде. К счастью, натуралист был в одной рубашке, коротких полотняных брюках и без обуви, а потому смог подплыть к берегу. Однако в момент погружения в воду он получил сильный удар по ноге. Был ли это борт лодки, или упавший ящик, или шершавая спина бегемота, сказать трудно. Выбираясь на сушу, молодой зоолог почувствовал сильную боль в ноге и увидел, что она ниже колена была окровавлена. Разорвав рубашку, он забинтовал ногу и забрался в какую-то яму под кустом, где провёл всю ночь без сна, голодный, с ноющей болью в ноге. Вдобавок вдали то и дело раздавалось протяжное мяуканье леопарда, от которого нечем было бы обороняться. Положение было критическое. У натуралиста не было самого необходимого — спичек и ружья. К счастью, сохранился висевший на поясе охотничий нож, которым утром был вырезан костыль. Из всех вещей волнами прибило к берегу лишь находившуюся в лодке тыкву, часть которой тотчас же была съедена сырой, другая же часть взята про запас. Медленно заковылял зоолог вдоль берега по направлению к ближайшему негритянскому селению Букаката, до которого было около 40 километров. Это расстояние можно было пройти за 2–3 дня. Однако случайно в тот же день заметил он на озере лодку с шестью неграми, которые, как оказалось, плыли сюда за дровами. Увидев европейца, негры, заплывшие в запретную зону, испугались и начали было быстро грести назад, но Троицкий знаками и голосом дал им понять, что он ранен и голоден. Негры вернулись, накормили его бананами и доставили в Букакату, а оттуда в город Энтеббе, где натуралист около месяца пролежал в английском госпитале. Это был последний месяц пребывания русского натуралиста в Африке. Выздоровев, он отправился на далёкую родину, пробыв в Центральной Африке без малого два года.

«Атака» бегемотов.

В. В. Троицкий доставил в Академию наук и Московский университет большие зоологические коллекции, которые впоследствии обрабатывались как им самим, так и другими отечественными зоологами.

В заключение нашего очерка об Африке приведём некоторые сведения о современном состоянии фауны этого континента.

Несмотря на то что европейцы, появившиеся в Африке со своим огнестрельным оружием, в значительной степени сократили численность диких животных, Африка и сейчас выделяется среди всех континентов мира обилием различных видов млекопитающих, и притом таких крупных, как слоны, носороги, бегемоты, жирафы, зебры, антилопы, человекообразные обезьяны, львы, леопарды, не говоря уже о более мелких представителях этого класса животных. Если к ним добавить своеобразную фауну птиц, пресмыкающихся и земноводных, колоссальное многообразие насекомых и других беспозвоночных, то общая картина богатства животного мира Африки станет ещё более ощутимой.

Но все же былого совершенно исключительного и повсеместного обилия зверей уже нет. Причины тому разные. Во-первых, интенсивное развитие в ряде мест (особенно в Южной Африке) скотоводства и земледелия сокращает территории обитания диких копытных, во-вторых, хищнические способы охоты с применением новейшего огнестрельного оружия и, наконец, браконьерство, выражающееся главным образом в добыче и незаконной торговле бивнями слонов, рогами носорогов и белыми хвостами гну, имеющими значительный спрос за пределами Африки.

Общественность современных молодых государств пробуждающейся Африки всё более и более проникается пониманием важности и значимости проблемы сохранения дикой фауны, её большого экономического значения для населения. Проводятся необходимые мероприятия по охране природы на рациональных научных основах. Это прежде всего укрепление уже существующих и организация новых национальных парков и заповедников — этих замечательных достопримечательностей Африки, отображающих великолепие и красоту её природы, богатство и разнообразие её животного и растительного мира.

К наиболее крупным заповедникам Африки, представляющим поистине её гордость и международный престиж, принадлежат национальные парки в Конго и Гвинее, уже упоминавшийся заповедник имени Крюгера в Южной Африке и ряд других. В Восточной Африке наиболее значительны национальные парки Найроби, Мара и Серенжети (Танганьика). Особенно замечателен последний, площадь которого занимает 12 тысяч квадратных километров. Расположен он между озером Виктория и кратером Нгоронгоро. Здесь и сейчас бродят и пасутся стада слонов, зебр и антилоп, группы жирафов встречаются вместе со страусами, нередки львы, гиены. Проф. Д. Хаксли указывает, что «в районе Серенжети сохранилось такое обилие видов крупных диких животных, каких нельзя встретить больше нигде в Африке и даже во всём мире. Не менее интересная картина открывается перед нами в Нгоронгоро — втором по размерам кратере земного шара (диаметр его 17 километров). На огромном дне этого кратера пасутся тысячи антилоп и зебр, сотни слонов и носорогов, в зарослях скрываются львы, гиены и другие хищники».

Кроме этих крупных заповедников, имеются парки и заказники, служащие в основном для привлечения и обслуживания туристов. Таковы парки Тсаво и Амбозели в Кении, Ванкиэ и Кафуэ в Родезии, Ваза в Камеруне, Закоума — в Центрально-Африканской республике и ряд других. Нужно сказать, что эти парки дают немалый доход для тех стран, на территории которых они находятся.

Туристское путешествие в Африку при современных транспортных возможностях стало делом куда более простым, чем прежде. Например, если поездка из города Найроби в район, где ныне расположен одноимённый национальный парк, считалось трудным и даже опасным предприятием, то теперь её можно совершить за один час на городском такси, которое без труда доставит вас в саванну, где вы увидите пасущихся зебр, антилоп, страусов.

В ряде заповедников проводится научно-исследовательская работа. Такие заповедники являются ни с чем не сравнимыми лабораториями по изучению экологии животных в природных условиях, лабораториями тропической биологии и связанных с ней таких практических наук, как медицина, агрономия и зоотехника.

Изучая африканских диких копытных, зоологи пришли к интересному заключению о том, что эти животные используют зелёный корм саванн даже на бедных пастбищах лучше, чем домашний скот на искусственных богатых пастбищах. Иными словами, дикие копытные даже в худших условиях могут давать больше продукции, чем домашний скот. Это объясняется тем, что дикие животные поедают в саванне буквально всё. Слоны, например, питаются всякой растительностью, встречающейся им по пути, включая кору деревьев и корни; зебры пасутся на подножном корме; мелкие виды антилоп рвут нежные побеги, чёрные носороги — колючие кустарники, а жирафы — листву с высоких деревьев. Дикие копытные и лучше усваивают естественные корма и быстрее растут. Так, например, было замечено, что крупные антилопы за два года могут достигать веса до 320 килограммов на таких пастбищах, где домашний скот ощущал бы недостаток корма. Кроме того, сопротивляемость диких копытных против паразитарных болезней выше, чем у домашнего скота, да и приспособлены африканские животные к климату тропиков лучше, чем привозной скот. Поэтому некоторые зоологи считают, что в ряде районов экономически выгоднее использовать вместо домашнего скота диких копытных, путём создания резерватов, где могли бы размножаться те или иные ценные виды диких копытных. Такие территории должны располагаться вокруг национальных парков и заповедников, которые таким образом будут играть роль не только ценнейших научных учреждений и туристских предприятий, но и своеобразных резерватов, поставляющих «мясную продукцию» в соседние районы.

«Амёбы представляют собой простые кусочки протоплазмы с ядром», — говорил нам учитель, рисуя мелом на доске бесформенные фигурки.

«Передвигаются амёбы при помощи псевдоподий, или ложноножек (при этом учитель подрисовывал к фигуркам рогульки), которыми они захватывают свою пищу — бактерий» (при этом ложноножки охватывали маленький комочек, долженствующий изображать собой бактерию). «Размножаются амёбы делением надвое», — монотонным голосом продолжал учитель, разделяя фигурку на две половинки. «Встречаются эти организмы в пресных водах; в протоплазме находится сократительная вакуоль» и т. д.

Всё, что рассказывал учитель об амёбах, казалось сухим и таким неинтересным, что мы, ученики, потихоньку зевали да посматривали в окна на более интересных и занимательных воробьёв, голубей и кошек.

Ни амёб, ни инфузорий нам не показывали, так как микроскопа в гимназии не было, поэтому рассказы учителя казались мало правдоподобными, а порой даже и не верилось, что на свете существуют эти самые амёбы, ядра, ложноножки и инфузории.

И только в Московском университете, когда каждый из нас, студентов, специализировавшихся по простейшим, получил для занятий новый блестящий микроскоп, перед нами открылся реальный и притом необыкновенно интересный и разнообразный мир мельчайших существ, не менее увлекательный и занимательный, чем мир «настоящих», видимых невооружённым глазом животных — львов и медведей, крокодилов и черепах, рыб и медуз.

Простейшие широко распространены по всему земному шару. Инфузории-туфельки встречаются не только во всех европейских странах; профессор В. Т. Шевяков, совершивший в конце XIX века кругосветное путешествие, находил этих инфузорий во всех обследованных им пресноводных водоёмах Азии, Африки, Америки и Австралии.

Космополитизм простейших подтверждают следующие факты. Профессор А. Л. Бродский в 1920 году в Средней Азии описал новый вид инфузории — туранию, а всего несколько месяцев спустя эта же инфузория была обнаружена в Праге. Другая инфузория — тектофрис — была впервые найдена во Франции; вскоре она была обнаружена и в США, а позднее в Южной Африке и Австралии и, наконец, её же в 1925 году нашла Т. А. Мудрецова в окрестностях Москвы.

Широкое распространение инфузорий объясняется их неприхотливостью, необычайной быстротой размножения (в среднем одно деление в сутки) и лёгкостью расселения их цист при помощи ветра, водоплавающих птиц, водных насекомых; случайным заносом их млекопитающими и человеком.

Даже при первоначальном знакомстве с миром простейших поражаешься удивительному разнообразию форм этих микроскопических существ и интенсивности их жизни.

Просматривая под микроскопом капельки воды из какого-нибудь невзрачного прудика с опавшей листвой (излюбленное место обитания простейших), мы можем шаг за шагом наблюдать отдельные моменты жизни этих микроскопических животных и изучать их повадки.

Из всех простейших, к которым относятся жгутиконосцы, корненожки, споровики и инфузории, наиболее известна туфелька — такая же обычная среди инфузорий, как, скажем, среди птиц обычен воробей.

Находящиеся в капле воды туфельки то оживлённо снуют и обгоняют друг друга, то толпятся у кучки еле видимых копошащихся бактерий — основной их пищи.

Животный мир в капле прудовой или болотной воды при малом и среднем увеличениях микроскопа:

А — инфузории: туфельки и спиростомумы; Б — хищные инфузории: бурсария и дилептус, нападающие на туфелек, слева голые и раковинные амёбы; В — инфузории стилонихия, локсодесы, колониальные сувойки; корненожка-солнечник, диффлюгия.

Время от времени в поле зрения появляются другие инфузории. Медленно выплывают длинные спиростомумы, которые при столкновении с песчинкой, комочком или другой инфузорией резко сокращаются всем телом, затем снова вытягиваются.

Похожие на миниатюрных жучков стилонихии, перебирая как лапками щетинками-ресничками, суетливо ползают по частицам почвы. Не торопясь скользят по дну нежные, с крючковидным передним концом локсодесы.

Крупный, в один миллиметр длиной, красивый сине-голубой трубач является сидячей инфузорией. Нижним своим концом он прикрепляется к стеклу или какой-нибудь веточке; на верхнем же конце вытянутого в форме трубы тела находятся длинные реснички, биением которых создаётся постоянный ток воды, загоняющий в рот инфузории бактерий. Потревоженный трубач тотчас съёживается в овальный комочек, а по исчезновении опасности снова вытягивается в великолепную трубу. Съёжившийся трубач может прекрасно плавать, отыскивая себе новое место для стоянки. Поражает своей пёстрой окраской (смесь золотисто-жёлтого, зелёного и фиолетового) инфузория нассула, обитающая в комках тонких нитей зелёных водорослей (см. цв. таблицу).

Незабываемое впечатление оставляют сувойки, многочисленная колония которых напоминает густой миниатюрный кустик с прикреплёнными на концах стеблей тельцами инфузорий, похожих на цветки ландыша. Хотя вся колония в целом находится на одном месте, но отдельные её члены постоянно в движении: то отскакивают назад (при скручивании стебелька), то снова медленно выдвигаются вперед (при раскручивании стебелька). Заденет ли колонию проплывающая мимо дафния, червячок или просто дрогнет стекло на столике микроскопа, всякий раз повторяется эта «игра», напоминающая движение китайских мячиков на резинке.

В одну из капель попалась «огромная» (в 0,5 миллиметра длиной) инфузория бурсария с широким, напоминающим вершу ртом. То резкими размашистыми бросками гоняется она вплавь за своей добычей — туфельками, то, остановившись неподвижно на дне, загоняет их в рот биением длинных ротовых ресниц. Бурсария — разборчивый хищник, предпочитающий именно туфелек. Других, неугодных ей инфузорий она выталкивает обратно, но и туфельки достаются ей не без труда. Попав в пасть хищника, туфелька старается изо всех сил вырваться, что ей нередко и удаётся, но если бурсария протолкнула туфельку с током воды внутрь глотки (у инфузории есть «рот» и «глотка», даже «пищевод»); то дело кончено: добыча мгновенно под давлением протоплазмы сжимается, умерщвляется и, окружённая пузырьком с пищеварительными соками, переваривается.

Другая хищная инфузория, климакостомум, нападает даже на превосходящих её по длине тонких спиростомумов. Интересно наблюдать в микроскоп за борьбой, возникающей между двумя инфузориями, силы которых почти равны. Схваченный спиростомум, то сокращаясь, то вытягиваясь, волочит за собой хищника, который в свою очередь цепко удерживает ртом добычу, стараясь протолкнуть её дальше в глотку (см. цв. таблицу). Нередко сильным экземплярам спиростомумов удаётся вырваться из пасти хищника, даже если они заглочены наполовину. Бывает, что на одну и ту же инфузорию с противоположных концов набрасываются два хищника, оспаривая добычу друг у друга. В случае победы хищник заглатывает добычу целиком, причём длинный и узкий спиростомум скручивается в теле хищника тесным клубком. Следя за отдельными экземплярами климакостомумов, удаётся установить, что в теле этого своеобразного «удава» микроскопического мира добыча переваривается в течение 15–20 часов.

Обычные простейшие пресных вод (при малом и среднем увеличении микроскопа):

1 — колониальная сувойка; 2 — парамеция сумковидная; 3 — трубач голубой; 4 — локсодес; 5 — корненожка-арцелла; 6 — амёба-протей; 7 — одиночные сувойки; 8 — климакостома, 8 а — климакостома заглатывает спиростомума; 9 — офриоглена жёлтая; 10 — нассула золотистая; 11 — стилонихия.

Совсем иначе охотится другая хищная инфузория — дилептус. У неё орудием нападения является длинный хобот, снабжённый мельчайшими стрекательными тельцами — трихоцистами. Медленно плавая в капле воды и размахивая во все стороны хоботом, дилептус наносит им удары своим жертвам — туфелькам и другим инфузориям. Парализованная выпущенными трихоцистами и умерщвлённая, добыча втягивается затем в широко раскрывающийся рот.

А вот появилась и «гиена» микроскопического мира — инфузория офриоглена, специализирующаяся на поедании трупов мелких рачков дафний. Эта проворная инфузория, отыскав труп дафнии, тотчас же внедряется в него и начинает выедать его внутренности. Наевшись, инфузория обычно округляется и под прикрытием тонкой оболочки, выделенной наружным слоем протоплазмы, приступает к размножению.

В противоположность указанным инфузориям, охотящимся за животной пищей, многие инфузории растительноядны. Туфелька, стилонихия, красивый сине-голубой трубач и другие поглощают наимельчайшие организмы — бактерий, другие же, как например крупные нассула и фронтония, заглатывают длинные и тонкие нити водоросли спирогиры, иногда в несколько раз превосходящей по длине тело инфузории. В таких случаях нить водоросли внутри инфузории скручивается в клубок, который постепенно переваривается.

Когда в рассматриваемых каплях воды инфузорий оказывается мало или их совсем нет, легче заметить «простые комочки протоплазмы» — амёб, которых, вообще говоря, неопытным глазом, благодаря их прозрачности и малоподвижности, заметить среди песчинок, соринок и других частиц значительно труднее, чем подвижных и тёмно окрашенных инфузорий.

Амёбы очень разнообразны как по форме тела, так и по размерам, начиная от еле заметных даже под микроскопом мелких лучистых амёбок с длинными, тонкими ложноножками и кончая такими «гигантами», как амёба протей, размером до 0,5 миллиметра.

Однако разнообразие форм тела этих так называемых «голых» амёб невелико по сравнению с амёбами, тело которых заключено в раковинки. В пресных водоёмах очень обыкновенны арцеллы с их округлыми раковинками и различные виды диффлюгий с грушевидными раковинками, составленными из мельчайших песчинок, комочков, крохотных кусочков растений. Однако значительно превосходят их по сложности строения раковинки морских корненожек фораминифер. Они имеют форму то удлинённых цилиндриков, то шаровидных бус, то спирально завитых улиток. Но и фораминиферы в свою очередь уступают морским радиоляриям, крошечные скелеты которых превосходят всё, что только может представить себе самая взыскательная фантазия художника и скульптора. Некоторое представление об изумительном разнообразии скелета радиолярий может дать знакомое нам с детства разнообразие форм снежинок, так удивляющее нас в морозный зимний день. Не правда ли, странным представляется нам термин «простейшие» в применении к этим причудливым существам микроскопического мира?

Раковинки фораминифер.

Снежинки — (1–3) и радиолярии (4–11) под микроскопом.

И всё же радиолярии с научной точки зрения имеют сравнительно простое строение, так как «чудеса их архитектуры» сосредоточены только в скелете. Что же касается внутренней организации, то здесь первое место принадлежит инфузориям — наиболее высоко организованным и сложно устроенным простейшим.

Современная микроскопическая техника: микроскопы с увеличением в 2 тысячи раз; микротомы, микроманипуляторы и микрометры, позволяющие разрезать, оперировать и измерять инфузорий; методы окрашивания, выявляющие структуры, не видимые в обычных условиях; микрофотография и микрокинематография раскрывают тончайшие детали в строении не различимых простым глазом организмов. В последнее время на помощь обычному световому микроскопу пришло такое мощное орудие исследования как электронный микроскоп, дающий увеличение в 20 тысяч и более раз.

В настоящее время прекрасно изучено строение органов движения инфузорий — ресничек, в количестве нескольких тысяч покрывающих тело животного. Выяснена структура крошечных стрекательных телец — трихоцист, выбрасывающих при раздражении острые, длинные нити и создающих защитную зону вокруг растительноядных инфузорий; у хищных они служат орудием нападения. Теперь можно проследить подробности процесса захватывания, поглощения и переваривания пищи, который в своей основе протекает так же, как у высших животных.

Инфузория-туфелька при разных увеличениях микроскопа:

А — в пробирке при рассмотрении невооружённым глазом; Б — под лупой (увеличение × 10); В — при малом увеличении микроскопа (× 80); Г — при большом увеличении микроскопа (× 750); Д — часть окрашенного среза при сильном увеличении; в центре видно ядро, снаружи — реснички; под ними в протоплазме — ряд тёмно окрашенных трихоцист; справа — две отдельные трихоцисты, одна из них нормальная, другая — с выброшенной стрекательной нитью; Е — инфузория, окружённая пучком «выстреленных» трихоцист (среднее увеличение); Ж — концевой участок трихоцисты под электронным микроскопом; З — ресничка в поле зрения электронного микроскопа.

У большинства инфузорий обнаружены скелетные нити, обусловливающие сохранение определённой формы тела. При помощи тончайших мускульных волоконец — мионем — инфузории изменяют форму тела: съёживаются, изгибаются и вытягиваются. Описаны нейрофаны — своего рода нервные нити, координирующие работу ресничек и других частей тела. Подробно исследована работа сократительных вакуолей — постоянно и ритмично сокращающихся и расширяющихся «насосов», удаляющих из организма излишки воды и вредные продукты обмена. Выяснено значение и роль большого и малого ядер в жизнедеятельности и размножении инфузорий.

Внешнее строение различных видов инфузорий очень разнообразно и порой весьма сложно. Особенно хорошо это видно на инфузориях, в миллионных количествах населяющих в качестве безвредных сожителей желудок быка, лошади, зебры, антилопы, овцы и других копытных животных. Прилагаемые рисунки некоторых из этих инфузорий, которыми много занимался ленинградский зоолог проф. В. А. Догель, показывают, что совсем непросто устроены эти простейшие организмы.

Инфузории офриосколециды, населяющие желудок копытных.

Интересно отметить, что красота и разнообразие форм простейших была использована как материал для декорации сцены «Сад Черномора» при первой постановке оперы М. И. Глинки «Руслан и Людмила» в 1842 году. Рисунки были заимствованы из красочного атласа инфузорий Эренберга, изданного в Германии в тридцатых годах прошлого столетия.

* * *

Заканчивая очерк о простейших, необходимо сказать, что наука о простейших — протозоология — имеет большое практическое значение, выявляя отрицательную и положительную роль этих крошечных животных.

Отрицательная роль простейших заключается прежде всего в том, что среди них имеются возбудители многих опасных заболеваний человека и животных. Достаточно указать на малярию и амёбную дизентерию, пендинскую язву и сонную болезнь человека, болезни крови (пироплазмоз) домашних и диких копытных, нозематоз пчёл, пебрину шелковичных червей и многие другие. Все эти опасные болезни в конечном итоге наносят значительно больше ущерба людям и животным, нежели ядовитые змеи, скорпионы, хищные звери, вместе взятые. Однако не менее велико и положительное значение простейших, заключающееся главным образом в том, что при свойственной им интенсивности размножения и многочисленности они служат источником питания для большинства водных животных: мальков рыб, рачков, червей, насекомых. В качестве примеров остановимся на значении простейших в распространении малярии и для питания рыб.

Возбудитель малярии — малярийный плазмодий — является простейшим животным. Переносчиком этого паразита от человека к человеку, а следовательно, распространителем инфекции, является малярийный комар-анофелес.

До второй половины XIX столетия, т. е. до того, как был найден возбудитель малярии, эта болезнь держала в своей власти не только полосу тропиков и субтропиков, но и отдельные районы Средней Европы, средней и южной России. Из-за малярии пустели целые области.

В настоящее время благодаря точному знанию цикла жизни как паразита, так и переносчика, благодаря выработанным на научной основе лечебным и профилактическим, т. е. предупредительным, мерам губительное влияние малярии значительно уменьшено, а часто и совсем устранено.

В СССР основные очаги малярии в Средней Азии и на Кавказе либо уже ликвидированы, либо ликвидируются. Помимо лечения маляриков и борьбы с комарами проводятся и более радикальные мероприятия как по осушению болот, так и по созданию такой системы обработки рисовых полей, которая исключала бы возможность размножения малярийных комаров. Основной центр руководства борьбой с малярией — Институт малярии и медицинской паразитологии Министерства здравоохранения — проводит большую работу по ликвидации малярийных очагов в нашей стране. Особенно ощутимы результаты этой работы в отдельных, прежде малярийных районах Узбекистана и Кавказа.

Относительно питания рыб твёрдо установлено, что мальки сразу по выходе из икринок и на самых ранних стадиях своего развития питаются почти исключительно простейшими животными и растениями — так называемым протопланктоном. По мере роста мальки переходят на питание рачками, червями, личинками насекомых и т. д., которые в свою очередь живут за счет того же протопланктона. Таким образом, последний создаёт огромные и крайне необходимые ресурсы для питания рыб. Изучение этих «пищевых цепей» позволило советским учёным предложить очень простой и удобный способ выкармливания мальков в рыбоводных хозяйствах. По краю пруда в воду опускаются ветви берёзы и кустарников, а также пучки сена. Это создаёт благоприятные условия для размножения бактерий — основной пищи простейших. Непосредственно к этой бактериальной зоне примыкает зона инфузорий, питающихся бактериями и при благоприятных условиях интенсивно размножающихся; ещё дальше — зона рачков дафний и циклопов, которые питаются инфузориями. С берега можно наблюдать, как из центра пруда к этим зонам устремляются мальки, находящие себе здесь обильную пищу. Не менее эффективно массовое разведение простейших, а также дафний и циклопов, в специально вырытых вдоль пруда ямах, куда добавляют конский навоз и сенную труху. Замечено, что указанные несложные мероприятия по обогащению прудов протопланктоном повышают выход рыбной продукции в рыбоводных хозяйствах в три — пять раз.

Из всех животных самые доступные для наблюдения — птицы и насекомые. Каждый человек любой профессии, даже совсем далёкой от зоологии, редко бывающий среди природы, имеет реальное представление о таких птицах, как воробьи, галки, голуби, ласточки, вороны. Из насекомых всякий видел мух, комаров, муравьёв, различных бабочек и жуков.

Доступностью насекомых и птиц объясняется, по-видимому, тот факт, что среди любителей-натуралистов чаще всего встречаются страстные коллекционеры насекомых и хорошие знатоки птиц. Отметим, что такие выдающиеся отечественные орнитологи (специалисты по птицам), как Н. А. Зарудный и С. А. Бутурлин, вначале не были профессиональными учёными и стали ими только в результате упорного труда любителей-натуралистов. До этого Н. А. Зарудный был преподавателем естествознания, а С. А. Бутурлин — юристом.

Не говоря уже о большом промысловом и защитном значении птиц для лесного и сельского хозяйства, есть что-то очень привлекательное в облике, повадках и голосах этих подвижных пернатых созданиях природы. Кто из нас не заслушивался в поле песней жаворонка, поднимающегося в высокую голубизну неба! Кто из нас, войдя весной в рощу, парк или лес, не радовался разноголосым, льющимся со всех сторон песням зябликов, пеночек, славок, певчих дроздов! Кто из нас в сумраке тихой и теплой июньской ночи не наслаждался чудесными прищёлкиваниями и трелями соловья! Во все времена наш народ в сказках и песнях упоминает с большой любовью о птицах. Все наши писатели и поэты в своих описаниях природы упоминают о них. Достаточно вспомнить «Записки охотника» Тургенева, произведения Аксакова, Толстого, Чехова, Горького, Шолохова и других. Много басен посвятил пернатым великий баснописец Крылов.

Пение птиц

Из всех животных только птицы да (как это ни покажется странным) некоторые лягушки и жабы издают мелодичные и приятные для человеческого слуха звуки.

Однако не все птицы поют, с точки зрения человека, приятно. В девственных тропических лесах Южной Америки, Африки и Малайского архипелага раздаются большей частью резкие крики попугаев, туканов, райских птиц, птиц-носорогов и других крупных и ярко окрашенных птиц. Мы не услышим здесь приятных мелодичных звуков, подобных пению нашего невзрачного соловья, певчего дрозда, славки-черноголовки. И если среди несравненно более разнообразного и богатого мира тропических птиц всего лишь один процент обладает более или менее приятным голосом, то в нашей стране «певунов» не менее 10 процентов. Всенародной любовью к пению птиц можно объяснить и широко распространённое у нас содержание певчих птиц в клетках.

Интересно побывать в комнате опытного любителя певчих птиц. Тут чувствуешь себя как в уголке леса или в поле. Удивительно приятно слышать пение птиц в середине зимы, когда за окном мороз, а в комнате раздаются трели соловья, песни синицы и жаворонка, резкий свист поползня, весёлое щебетанье чижа и щегла.

Многие певчие птицы как в природе, так и в неволе способны к звукоподражанию. Особенно выделяется в этом отношении скворец, который воспроизводит не только голоса других птиц: каркает, щебечет, чирикает, крякает, кудахчет, но и подражает кваканью лягушки, скрипу колодезного журавля, визгу пилы, ржанью жеребёнка, свисту человека, гудку автомобиля, а иной раз издает и совершенно непонятные звуки, усвоенные им, вероятно, во время зимовки на далёком юге. Скворцы и попугаи, которых содержат в неволе, могут насвистывать музыкальные мелодии и выговаривать отдельные слова. Такая способность к звукоподражанию указывает на высокую степень развития у птиц полушарий головного мозга.

Некоторые любители считают, что пение птиц в какой-то мере связано с звуками окружающей среды, действующими как своеобразные раздражители. Для комнатных птиц такими раздражителями и является пение других птиц. Вот почему для соловьёв, чтобы они «распелись», держат в той же комнате синицу, жаворонка, юлу. Возбуждает птиц игра на музыкальном инструменте, радио; пение птицы можно вызвать трением ножа о тарелку, выливанием струйки воды в таз и т. д. Возможно, что и в природе как раздражители действуют разнообразные и многообразные звуки и шумы: пение других птиц, кваканье лягушки, шум листвы, журчанье ручейка, скрип дерева и т. п. Недаром любители птиц отмечают в строфах песни синицы звуки «кулика», у соловья — «лягушки» и «воды», у поползня — «свисток», а у коноплянки — «жаворонка». Рассматривая с этой точки зрения всем известную песню полевого жаворонка, можно охарактеризовать её как гармоничное отражение комплекса звуков пашни или луга в ветреный жаркий солнечный день.

Конечно, для всякого натуралиста очень важно уметь определять птиц по голосу, пению. Ведь большинство певчих птиц гораздо легче услышать, чем увидеть. Голоса лишь немногих птиц, да и то весьма приблизительно, можно изобразить буквами и слогами. Так, например, серую ворону можно узнать по карканью: «кар», которое у грача будет звучать как «кра» или «гра» (откуда и название грач), а у ворона как «круук». Кукушка издаёт совсем ясный звук «ку-ку». Удод часто повторяет «уп-уп-уп». Пеночка теньковка: «тинь-тянь-тень». Одно из «колен» песни поползня напоминает резкий, переливающийся свисток поездного кондуктора. У иволги можно различить мелодичные флейтовые звуки «фиу-тиу-лиу». Довольно удачно изображается песня перепела часто повторяемыми словами «подь-полоть» или «спать пора».

Пеночка теньковка.

Метка и остроумна народная передача песенки овсянки, звучащей как «зинь-зинь-зинь-ци-и-и», фразой: «неси-неси не тру-си-и-и», как бы призывающая беречь сено ранней весной.

Овсянка.

А. Н. Промптов, один из лучших знатоков жизни птиц, передаёт отчётливую, сильную и красивую песню певчего дрозда человеческой фразой:

Фи-лиип, фи-липп, фи-лиип, При-ди, при-ди, при-ди Чай-пить, чай-пить, чай-пить, Выпьем, выпьем, выпьем, выпьем…

Но уже крайне трудно передать словами воркованье голубя, щебетание ласточки, песню жаворонка или соловья^[7].

Птицы весной поют очень много; без преувеличения можно сказать, что многие из них поют «от зари до зари».

Каково значение пения птиц? Песни самцов указывают другим птицам того же вида, что данный гнездовой участок занят. Кроме того, песня самца является призывом для самки. Позднее, после откладки яиц, самец поёт вблизи самки, сидящей на гнезде. Надо полагать, что пение для птиц не только потребность, но и доставляет им большое удовлетворение.

Уже давно любителями певчих птиц замечено, что песни птиц одного вида из различных мест обитания отличаются друг от друга; в своё время отмечалось как лучшее пение курских и тамбовских соловьёв.

Более поздние наблюдения натуралистов подтвердили это мнение и для других птиц. Было установлено, например, что темп, тембр и характер песни зяблика различны у птиц, гнездящихся на Кавказе, Украине, в центральных областях РСФСР и Ленинградской области.

Для пения птиц характерна и индивидуальная изменчивость. Среди птиц одного вида и из одной и той же местности попадаются певцы, песни которых особенно выделяются красотой, силой звука, приятным тембром и дополнительным числом слогов. Такие певцы встречаются среди соловьёв, зябликов, синиц, чижей, славок, певчих дроздов и особенно ценятся любителями птичьего пения.

После выведения птенцов пение ослабевает или совсем прекращается: родители выкармливают и воспитывают птенцов. В это время у птиц имеют место своеобразные крики. Все знают и помнят озабоченное квохтанье наседки, сзывающей своих цыплят, оживлённое щебетание молодых сидящих в гнезде ласточек, отвечающих на зов родителей; тревожное теньканье мелких птичек, трещание дроздов. Своеобразными тревожными позывами вальдшнеп или куропатка дают сигнал своим птенцам затаиться при приближении опасности.

Птицы и человек

Такие птицы, как воробьи, голуби, стрижи, ласточки, галки, вороны, являются обычными спутниками человека.

Их можно увидеть почти в каждом городе, посёлке, колхозе; они следуют за человеком и в те места, где их прежде не было. Скворцов в России с давних времён привлекают в огороды и сады. В последние десятилетия в искусственные гнездовья — скворечники и синичники начали привлекать и других полезных насекомоядных птиц — мухоловок, синиц, горихвосток. Но и другие птицы, если их не беспокоить, заселяют подходящие места для гнездования в непосредственной близости от различных строений человека. Певчие птицы, например, охотно гнездятся и выводят птенцов в защитных насаждениях вдоль железнодорожной линии. Мне приходилось слушать пение соловьёв, зябликов, зорянок и других птиц на очень оживлённом железнодорожном участке, где каждые 20–30 минут проходят товарные и пассажирские поезда, причём птицы не прекращали пения даже в момент прохождения поездов.

Мало того, вдоль кустарников тянулась пешеходная тропинка, по которой часто проходили люди, и совсем близко находилась колхозная футбольная площадка. И вот в таком, казалось бы, совсем не подходящем соседстве птицы пели, гнездились, выводили птенцов.

В больших городах, где имеются парки и сады, гнездятся или залетают во время кочёвок различные виды птиц. С. А. Бутурлин и другие любители птиц отмечали в своё время для Москвы дятла, сову-неясыть, коршуна, сокола-сапсана, озёрную чайку, утку-крякву, чирков, сороку, вертишейку, мухоловку-пеструшку, большую синицу, снегиря, зяблика, поползня, щегла, зорянку, серую мухоловку, белую трясогузку, горихвостку, скворца, чечётку, свиристеля, соловья, пищуху, не говоря уже о всем известных воробьях, воронах, галках, голубях, ласточках, стрижах.

А. С. Мальчевский указывает, что в Ленинграде ежегодно гнездится до 40 видов птиц, в том числе соловей, садовая камышевка, чечевица, гнёзда которых этот зоолог находил в городских садах и парках. Неоднократно ему приходилось наблюдать пеночек, сойку, ястреба-перепелятника и даже таких сравнительно редких птиц, как иволгу, чёрного дятла, вальдшнепа, чеглока. На Неве встречались чайки и различные виды уток. Что же касается стрижей, ласточек, синиц, зябликов, горихвосток, мухоловок, то это обычные птицы, гнездящиеся даже в центральных районах Ленинграда.

Эти факты указывают на возможность как естественного, так и искусственного заселения птицами наших городов, новостроек и посёлков, где так широко развёртывается сейчас зелёное строительство. Как дополнят птицы красоту насаждений своим пением, обликом, своей подвижной хлопотливой жизнью! Не следует забывать той пользы, которую оказывают птицы в борьбе с вредителями. В Москве зоологами К. Н. Благосклоновым и В. В. Строковым проводились очень нужные и интересные опыты по заселению птицами зеленых насаждений Москвы.

Птицы Москвы — гнездящиеся и залётные (воробьи, галки, вороны, голуби, ласточки опущены).

От левого верхнего угла по часовой стрелке: зяблик (1), снегирь (2), мухоловка-пеструшка (3), большая синица (4), чечётка (5), поползень (6), дятел (7), зорянка (8), щегол (9), стриж (10), белая трясогузка (11), сокол-сапсан (12), кряква (селезень) (13), сова-неясыть (14), речная чайка (15), пищуха (16), вертишейка (17), скворец (18), свиристель (19).

Птицы при правильном обращении с ними могут быть приручены, однако далеко не все и не в такой степени, как млекопитающие.

Лучше всего приручаются птицы из семейства врановых: галки, ворóны, вóроны, грачи, сороки.

Я видел в одной семье приручённую серую ворону, жившую на свободе и прилетавшую к дому по нескольку раз в день за кормом. Её очень любили дети, и она их совершенно не боялась. Подлетит, сядет рядом и, назойливо каркая, просит корм.

Наблюдал я и галку, жившую на одном из московских дворов в маленьком домике у сторожа. Галка совершенно свободно ходила по двору, не боялась ни собак, ни кошек и даже, наоборот, сама нападала на них и обращала в бегство. Иной раз она клевала за ноги проходивших мимо чужих людей, но ко всем членам семьи, в которой жила, относилась с большой преданностью.

Вспоминается также и ворона Варя, воспитанная и выдрессированная сотрудницей Уголка имени В. Л. Дурова — Н. А. Лбовой. Варя прекрасно знала свою хозяйку и старательно и чётко исполняла всё, что от неё требовалось. Она складывала на счётах, звонила в колокольчик, перелистывала стопку дощечек, изображающих книгу, разбирала игрушечную пирамидку и пр. Позднее этот номер с неменьшим успехом исполнялся грачом Малышом, выдрессированным Л. Ситниковой.

Дрессированная ворона Варя в Уголке Дурова.

Приручённые и долго содержавшиеся в неволе вóроны нередко выучиваются хорошо произносить слова. В том же Уголке имени Дурова уже долгое время живёт крупный чёрный ворон под кличкой Воронок, который на вопрос: «Как тебя зовут?», подкрепляемый лакомым кусочком, очень четко выговаривает свою кличку, а на повторный вопрос: «А ещё как?» — добавляет с артистически тонким и нежным оттенком: «Воронýша».

Гнёзда птиц

Гнездовые постройки птиц чрезвычайно разнообразны.

Кулик-галстушник откладывает яйца (всегда 4) прямо на песок на берегу реки или озера, а козодой и филин, в лесу в еле заметную ямку на земле.

Зимородок и береговая ласточка вырывают узкие, длинные норы в крутых берегах рек. Гнездо помещается в самом конце такой норы, в её расширении.

Жаворонки, коньки и жёлтые трясогузки вьют гнёзда в ямке на земле из стеблей трав. У крупных хищников — орлов, ястребов и коршунов, гнездящихся на вершинах деревьев или в горах, гнёзда хоть и велики, но примитивны и построены из крупных и мелких ветвей деревьев.

Многие птицы — дятлы, совы, поползни, синицы и др. — гнездятся в дуплах (дуплогнёздники); дятлы сами делают дупло, остальные обычно пользуются брошенными дуплами дятлов или естественными.

Поползень частично замазывает вход в дупло глиной или землёй. Самец тропической птицы-носорога замуровывает сидящую в дупле на яйцах самку настолько, что оставляет лишь небольшое отверстие для клюва, через которое кормит её.

Искусно сделаны лепные гнёзда ласточек. Они строят гнёзда из комочков земли или глины, склеивая их слюной. У деревенской ласточки (касатки) гнездо полушаровидной формы, открытое сверху, а у городской (воронкá) оно и сверху закрыто, вход расположен сбоку. Знаменитые съедобные гнёзда стрижей саланган построены из затвердевающей на воздухе слюны, к которой примешаны морские водоросли. Гватемальский стриж строит себе гнездо из растительных волокон, склеенных слюной, и подвешивает его к тонкой ветке дерева.

Искусно свито гнездо зяблика — самой обычной птицы наших лесов. Снаружи в него вплетены лишайники, мхи, береста, и гнездо прекрасно замаскировано на фоне ствола и ветвей, покрытых лишайниками. Почти шаровидные гнёзда из мха вьёт крапивник. У синицы-ремеза гнездо свито из растительного пуха и имеет вид мягкой, как бы войлочной, реторты. Обычно оно подвешивается к тонкой веточке (см. рис. на стр. 136).

Синицы-ремезы около гнезда.

Особенно интересно колониальное гнездовье африканского общественного ткача: эти птицы совместно сооружают навес в виде зонта, под которым помещаются висячие гнёзда отдельных парочек (см. рис. на стр. 93).

Полёт и перелёты птиц

Из всех живых существ птицы — самые подвижные и активные. Крылья обеспечивают им наибольшую среди других животных свободу передвижения, и притом на громадные расстояния.

Метка и справедлива народная пословица: «Видна птица по полёту». Действительно, даже малоопытный натуралист может определить многих птиц по очертанию тела в воздухе, характеру их полёта. Так, например, кулики и утки всегда летят прямолинейно, крупные хищники — грифы, орлы, коршуны, сарычи парят и планируют в воздухе, а стрижи и ласточки «реют», часто меняя направление.

Характерны полёты чибиса, бекаса — с частыми бросками в разные стороны; полёт на одном месте жаворонка, пустельги.

Что касается скорости полёта, то одной из самых быстролётных птиц является дальневосточный иглохвостый стриж, летящий со скоростью 170 километров в час. Вихрем проносится он у самой поверхности земли, а затем взмывает вверх и снова с громадной скоростью возвращается к земле. Однако это ещё не предел. На коротких расстояниях некоторые птицы развивают ещё бóльшую скорость. Так, например, сокол-сапсан, преследующий добычу, пикирует со скоростью до 300 километров в час. Средняя же скорость полёта большинства птиц колеблется от 40 до 70 километров в час.

На скорость полёта оказывает заметное влияние направление ветра. В безветренную погоду почтовый голубь летит со скоростью 60 километров в час; при встречном ветре — 30 километров, а при попутном — до 120.

Некоторым птицам приходится преодолевать при перелётах значительные пространства над морем, горами без остановки. Так, птицы, пересекающие Северное и Средиземное моря, летят без отдыха 600–700 километров. Около 1 тысячи километров безостановочно пролетают птицы, пересекающие Мексиканский залив. Наибольший «беспосадочный» путь в 3300 километров совершают кроншнеп и ржанка, летящие на зиму с северо-американского материка на Гавайские острова.

Наша Родина настолько велика, что немало перелётных птиц гнездится и зимует на территории СССР. Таков близкий родственник гусей — краснозобая казарка, гнездящаяся в приенисейской тундре Сибири, а зимующая в Закавказье под Ленкоранью и отчасти в Иране и Месопотамии. Птица эта нигде, кроме указанных мест, не встречается и потому представляет большую редкость и ценность. Это обстоятельство в сочетании с красотой и изяществом птицы вполне оправдывает мнение советского натуралиста-орнитолога Е. П. Спангенберга, называющего её «жемчужиной» среди наших пернатых.

Наблюдениями с самолёта было установлено, что при перелётах лишь немногие птицы летят на высоте в тысячу метров, большинство же — на высоте 400 метров; многие мелкие воробьиные летят не выше чем в 50–100 метрах над землёй, а в море — совсем низко к поверхности воды, над самыми волнами. Однако вне перелётов полёт птиц может достигать значительной высоты: утки могут лететь на высоте 800 метров, аисты — 900, журавли и ласточки — до 2 тысяч, орлы — до 3 тысяч, а кондоры и грифы в горных местностях поднимаются даже до 7 тысяч метров над уровнем моря.

Защитная окраска

Защитная окраска у птиц по сравнению с другими животными (насекомыми, рыбами, млекопитающими и др.) развита сравнительно слабо, что, возможно, объясняется большей подвижностью птиц.

Особенно хорошо защитная окраска проявляется у птиц, гнездящихся на земле. Такие птицы очень нуждаются в покровительственной окраске в период насиживания яиц, когда самка становится наиболее уязвимой для хищников. Например, сидящую на гнезде самку вальдшнепа, куропатки, жаворонка и даже такой крупной птицы, как дрофа, заметить очень трудно; при своей незаметной, сливающейся с окружающим фоном, окраске самка сидит на гнезде очень крепко. Описан случай, когда самку вальдшнепа удалось сфотографировать на таком близком расстоянии, что одна из ножек штатива находилась всего в 20 сантиметрах от гнезда.

Покровительственная окраска наиболее себя оправдывает в сочетании с неподвижностью, что особенно хорошо можно заметить на птенцах выводковых птиц. Птенчиков вальдшнепа, затаившихся среди опавшей листвы, травы и сучьев, легче обнаружить на ощупь, чем увидеть. Самка чибиса, ржанки, серой куропатки и других птиц при приближении хищника подаёт тревожный сигнал, вызывающий рефлекторную реакцию — затаивание птенцов, которые припадают к земле и становятся совершенно незаметными для глаза.

Очень важна защитная окраска для ночных птиц: сов и козодоев, которые охотятся ночью, а днём затаиваются. В дневное время сидящий на земле или на толстой ветке козодой благодаря своей тёмно-бурой окраске почти совсем не заметен; «надеясь» на свою покровительственную окраску, он не улетает даже тогда, когда к нему подходят почти вплотную. Фотографировать таких птиц довольно легко.

Один из наиболее замечательных примеров сочетания защитной окраски с защитной позой — это выпь — болотная птица, которая гнездится и кормится в зарослях тростника, камышей. Когда при опасности она затаивается, вытянувшись вверх с поднятым клювом, то сливается с окружающей её стеной камыша и становится настолько незаметной, что можно пройти мимо неё буквально в двух шагах, даже и не подозревая о присутствии птицы.

1. Мел, которым мы пишем на доске, состоит преимущественно из раковинок морских простейших — корненожек. В океанах и морях оседают на дно отмершие раковинки. За тысячи и миллионы лет скопляются громадные толщи раковинок, которые впоследствии при геологических перемещениях земной коры могут оказаться на суше в виде меловых и известковых гор (такие горы имеются у нас на Украине).

Таким образом, ничтожно малые по своим размерам и грандиозные по своей массовости простейшие входят в состав земной коры.

2. Поверье о «живом волосе» возникло в связи с обитанием в озёрах, прудах, тихих заводях рек длинного и тонкого как волос червя-волосатика. Жёсткое на ощупь тело червя, его значительная длина (до метра и даже более!) и тёмная окраска усиливают сходство с волосом.

Червя можно увидеть как передвигающимся змеевидно по дну, так и обвившимся вокруг водных растений. Иногда несколько червей свиваются в общий клубок.

В кожу человека волосатик не вбуравливается, и наблюдающиеся крайне редкие случаи попадания волосатика в организм человека происходят при случайном заглатывании его личинок с водой.

Из отложенных самкой яичек вылупляются очень мелкие личинки, совершенно не похожие на взрослых червей. Они снабжены подвижным хоботком и острыми шипиками, при помощи которых личинки внедряются в тело насекомых или их личинок, где с течением времени превращаются в червей. Став взрослым, червь разрывает тело «хозяина», покидает его и живёт свободно в воде.

Волосатик.

В СССР известно 15 видов волосатиков. Наибольшей длины (до 1,5 метра) достигает гордиев волосатик. Это название дано было червю ещё в XVIII веке Линнеем по сходству свернувшегося в клубок волосатика с так называемым «гордиевым узлом». В древнегреческом мифе фригийский царь Гордий прикрепил ярмо к дышлу колесницы чрезвычайно запутанным узлом. По предсказанию оракула человек, распутавший этот узел, должен стать властелином Азии, Александр Македонский просто разрубил узел мечом.

3. Раки зимуют либо в естественных подводных береговых норах, либо вырывают такие норы сами. Находясь в норе, рак, высунув клешню, схватывает проплывающую мимо рыбёшку или другое мелкое животное.

4. Плавает рак действительно всегда назад, но по дну и вообще по твёрдой поверхности передвигается как вперёд, так и назад.

5. Водяной паук-серебрянка.

Он устраивает своё жилище — подводный колокол — из крепкой паутины. Сюда паук приносит с поверхности задерживающиеся между тонкими волосками брюшка пузырьки воздуха. В колоколе он собирает запас воздуха, который время от времени пополняет; благодаря этому паук может долго находиться под водой. Серебрянка встречается повсюду: в стоячих и медленно текущих водоёмах с зарослями ряски и других водных растений. Паука можно держать в аквариуме или любой большой стеклянной банке с водными растениями и непосредственно наблюдать жизнь этого интересного животного. Кормить паука следует дафниями, циклопами (можно мухами).

Паук-серебрянка.

6. У всех паукообразных (пауков, скорпионов, клещей) четыре пары ног, а у всех насекомых — три.

7. Отряд жуков класса насекомых, типа членистоногих. Это относится не только к СССР, но верно и для любого участка суши нашей планеты.

В СССР из 80 тысяч известных пока видов насекомых на долю жуков приходится до 20 тысяч видов. В мировой фауне известно не менее 200 тысяч видов жуков, т. е. в пять раз больше общего числа видов рыб, земноводных, пресмыкающихся, птиц и млекопитающих, вместе взятых.

8. Да, встречаются.

В декабре, январе и феврале, в тихую безморозную погоду в занесённом лесу или на полянке можно увидеть поразительную картину: медленно пролетают, садятся на деревья или толкутся в воздухе зимние комарики. На поверхности снега кажется серым налётом масса мельчайших бескрылых снежных блошек. Они медленно ползают или, потревоженные, быстро скачут в разные стороны. По стеблям высохших трав и по веткам кустарников бегают снежные паучки. Попадаются на снегу и другие мелкие насекомые, и не единицами, а сотнями и тысячами.

Насекомые, встречающиеся зимой.

Сверху вниз — ледничник, снежная блоха, снеговые комарики и пауки.

Как это ни кажется странным, массовое появление насекомых на снегу относится к довольно обычным явлениям в жизни нашей природы. Профессор Б. Ф. Болдырев наблюдал зимних насекомых в течение 20 лет. В Мордовском заповеднике снежные блошки отмечаются ежегодно в разных местах заповедника. Насекомых на снегу отмечали и на Мурмане, и под Смоленском, и в Крыму, и на Камчатке.

Причины этого своеобразного явления из жизни насекомых ещё недостаточно ясны. Одна из наиболее вероятных причин — повышение температуры, оттепель, которая и побуждает насекомых выйти из зимних убежищ. Возможно, играет роль и образующаяся под снегом талая вода, выгоняющая насекомых на поверхность снега.

В оттепельные дни иногда можно наблюдать полёты и бабочек-крапивниц, зимующих в дуплах деревьев и щелях построек. Бабочка зимней пяденицы в противоположность всем остальным летает глубокой осенью и иной раз уже при выпавшем снеге.

9. Многоцветница, крапивница, лимонница, дневной павлиний глаз, адмирал.

Зимуют эти бабочки в дуплах, под корой полусгнивших пней, щелях нежилых и жилых построек.

1 — крапивница, 2 — траурница, 3 — дневной павлиний глаз.

10. Да, встречаются.

Самка пяденицы-обдирало не имеет крыльев. У самки зимней пяденицы крылья недоразвиты. Гусеницы указанных пядениц являются серьёзными вредителями плодовых деревьев.

Нет крыльев у самки обыкновенного кистехвоста, а также у самок некоторых коконопрядов. Бескрылы самки мешочницы одноцветной и мешочницы улиткообразной.

Сверху вниз: самец кистехвоста, самка кистехвоста, самка зимней пяденицы.

11. Бабочка мёртвая голова из семейства бражников.

Каким образом производится писк, точно не установлено. Предполагают, что звук происходит в результате трения хоботка о губные щупики. По мнению других зоологов, бабочка с силой выпускает воздух из зобика, вызывая этим быстрые колебания перепонки у основания хоботка.

Мёртвая голова — крупная и сильная бабочка с размахом крыльев до 12 сантиметров. Своё название она получила за своеобразный рисунок на спинке, напоминающий человеческий череп.

Бабочка мёртвая голова (уменьш.).

12. У кузнечиков.

Слуховой орган этих насекомых помещается на голенях передних ног.

13. Самый крупный водяной жук нашей страны — большой водолюб, блестяще-чёрной окраски. Длина его достигает 5 сантиметров. Встречается в прудах и озёрах средней полосы Европейской части Союза. На 1 сантиметр уступает ему по размерам буро-чёрный плавунец широкий, встречающийся в крупных стоячих водоёмах, особенно в лесистой местности. Оба жука встречаются нечасто. Наиболее широко распространён всем известный плавунец окаймлённый, длиной 3 сантиметра.

Большой водолюб (уменьш.).

14. Самым лучшим пловцом можно считать вертячку. Всякий, кто бывал у любого пресноводного водоёма, видел стайку этих маленьких, блестящих жучков, с поразительной быстротой и ловкостью плавающих кругообразно по поверхности воды. Поймать вертячку пальцами чрезвычайно трудно, а порой и просто невозможно. Быстрота движения жука обусловлена наличием двух пар коротких ножек, расширенных наподобие плавников; жировая смазка тела значительно уменьшает трение. Очень характерно устройство глаз вертячки. Они разделены на нижнюю и верхнюю половины. Нижняя служит для обозревания подводной стихии, верхняя — воздушной. Вся организация вертячки приспособлена к жизни на границе водной и воздушной среды.

15. Передвигается по поверхности воды водомерка. На своих высоких, длинных и широко раскинутых ногах это насекомое скользит толчками по поверхности воды, как конькобежец по льду. Такое приспособление объясняется тем, что ноги очень лёгкой водомерки покрыты жировым веществом, благодаря чему они не смачиваются водой. Присматриваясь к насекомому, можно заметить вдавление водяной плёнки под концами ног. Интересно отметить, что водомерки могут и перепрыгивать через встречающиеся на их пути препятствия в виде сучка, водяного растения и пр. Наши водоёмы населяет несколько видов водомерок, различающихся между собой по размерам и некоторым другим признакам.

Всегда плавает вверх ногами (спиной вниз, брюшком вверх) гладыш — насекомое размером около сантиметра. Орудия плавания — пара длинных задних ног, которыми насекомое очень ловко действует, как вёслами. Обычно гладыш находится у поверхности воды, высматривая добычу большими красными глазами, которые в связи с особенностью его организации расположены на спинной стороне.

Гладыш не только хорошо плавает, но и может ползать по водным растениям при помощи передних ног. Мало того, он по ночам может и летать, так как обладает хорошо развитыми крыльями, находящимися под плотными надкрыльями.

Гладыш — хищник, свою добычу — водных насекомых, а иногда в мальков рыб — он схватывает передними ногами и «жалит» острым хоботком. Укус крупного гладыша очень чувствителен и для человека.

По внешнему виду напоминает скорпиона — водяной скорпион. Цвет и форма этого насекомого поражают также сходством с маленьким опавшим листком. При малоподвижном образе жизни это сходство, с одной стороны, даёт возможность насекомому оставаться незаметным для врагов и, с другой стороны, помогает при подкарауливании добычи. Таким образом, мы здесь встречаемся с явлением покровительственной окраски (мимикрия).

Плавает водяной скорпион плохо и большей частью сидит неподвижно на водных растениях или на дне водоёма, высматривая добычу. Заметив свою жертву, скорпион схватывает её передними ногами, колет и высасывает острым хоботком. Заметим, что хоботок настолько крепок, что может сильно уколоть и кожу человека.

Указанные три вида насекомых встречаются повсюду в стоячих и медленно текущих водах. Относятся они к отряду полужесткокрылых, или клопов.

16. Лесные муравьи, стрекозы, наездники, трихограммы, жужелицы, божьи коровки, красотелы, мухи-тахины.

В ассортимент разнообразной растительной и животной пищи лесных муравьёв входят гусеницы бабочек — сосновой совки, сосновой пяденицы, шелкопряда-монашенки и других вредителей леса.

По некоторым данным, население одного муравейника, в котором обитает несколько сотен тысяч муравьёв, в течение лета может уничтожить до 2 миллионов гусениц и таким образом способно охранять от вспышки размножения насекомых-вредителей примерно 1 гектар чистых сосновых насаждений.

Стрекозы — хищники. Они охотятся за разными летающими насекомыми. У воды и по сырым местам они уничтожают много комаров.

Наездники — насекомые, принадлежащие к отряду перепончатокрылых, они откладывают яички в тело гусениц. Вылупившиеся из яиц личинки питаются тканями тела гусениц, в том числе и вредителей.

Трихограммы — мелкие насекомые из отряда перепончатокрылых, откладывающие свои яички в яйца насекомых, в том числе и вредителей.

Искусственное разведение и применение трихограмм для борьбы с насекомыми-вредителями на посевах пшеницы может дать прибавку урожая до 2–4 центнеров с гектара, а сахарной свёклы до 40–60 центнеров. В Белорусской ССР Институтом плодоводства и овощеводства выведена особая форма трихограммы. Её применение в плодовых садах в 1959 году дало прирост урожая яблок в 9–11 тонн с гектара.

Жужелицы — быстро бегающие хищные ночные жуки, нападающие на гусениц и жуков других видов, в том числе вредных для сельского хозяйства.

Божьи коровки — мелкие всем известные жучки, уничтожающие тлей.

Обратите внимание на существование нескольких видов божьих коровок, отличающихся числом точек на надкрыльях. В США, Западной Европе и у нас в Союзе некоторые виды божьих коровок специально разводят для борьбы с тлями и червецами — вредителями плодовых деревьев.

Красотелы — ярко окрашенные жуки лиственных лесов юга, живут на деревьях и кустарниках и охотятся за гусеницами бабочек, в том числе и вредных.

Мухи-тахины, или ежемухи, откладывают яички на тело гусениц или на растения, на которых сидят гусеницы. Вылупившиеся из яичек личинки питаются внутренностями гусеницы, а впоследствии и куколки, приводя их к гибели.

Перечисленные насекомые, а также ряд других, сдерживают увеличение численности вредных насекомых и приносят большую пользу, как и насекомоядные птицы, летучие мыши, жабы.

1 — жук-красотел, 2 — жужелица, 3 — муравьи, 4 — наездник, 5 — божья коровка, 6 — ежемуха.

17. На этот вопрос отвечают обычно, что пчёлы дают мёд и воск. В действительности же очень важна и роль пчёл как опылителей культурных растений. Урожайность семян клевера при опылении его пчёлами повышается в три раза, бахчевых культур — в три — пять раз, подсолнечника, гречихи и яблони — на 50 процентов.

18. Осой-гигантом можно считать желтолобую сколию, достигающую 5 см длины и 10 см в размахе крыльев. Обитает указанный вид в странах, прилегающих к Средиземному морю. Эта крупная чёрная волосатая оса производит достаточно страшное впечатление и во всяком случае значительно более неприятное, чем наши обычные осы. Однако укол её жала гораздо слабее ужаления обычной осы и пчелы. Дело в том, что для сколии жало служит не орудием защиты, а своеобразным инструментом для заготовок пищи её потомству. Как это происходит? Сколия относится к роющим осам. При помощи своих сильных ног самка проникает в почву, где ищет добычу: толстых и жирных личинок хрущей, бронзовок, жуков-носорогов. Найдя их, оса уколом жала в определённое место головы, где помещаются двигательные нервные центры, парализует добычу, а затем откладывает на эту неподвижную, но живую жертву своё яичко. Вылупившаяся из него червеобразная личинка вгрызается в тело парализованной жертвы, где, поедая её внутренности, постепенно растёт, превращаясь через 12–14 дней в куколку, а затем и во взрослое крылатое насекомое. Интересно отметить, что личинка жука не разлагается до момента превращения личинки осы в куколку. Это объясняется тем, что за многовековой период естественного отбора у личинок осы выработалась инстинктивная привычка пожирать у добычи сначала наименее важные для жизни части тела (жировые вещества, мышцы, соединительную ткань) и лишь к концу роста жизненно важные органы.

19. Название «непарный» дано шелкопряду ввиду резкого различия самца и самки как по размерам тела, так и по окраске. Разница столь велика, что при первом взгляде их можно отнести к разным видам.

Самец заметно меньше самки. Окраска его тёмная. Передние крылья пёстрые, серо-бурые; задние — одноцветные бурые. Окраска более крупной самки светлая, почти белая; и передние и задние крылья однотонные.

Самка осенью откладывает яички на нижнюю часть ствола дерева. Кладка, прикрытая волосками с брюшка самки, выглядит как буроватая бляшка. Яички перезимовывают, и весной из них вылупляются мелкие чёрные гусенички, ползущие вверх к кронам деревьев, где они начинают объедать листву.

Непарный шелкопряд:

вверху — самка, внизу — самец.

Непарный шелкопряд является вредителем. В годы интенсивного размножения гусеницы шелкопряда наносят большой урон лесу и плодовым деревьям. Вот как описывает Н. М. Ступина, научный сотрудник Института географии АН СССР, заражённый непарным шелкопрядом лес в Западной Сибири: «Когда мы вошли в лес, послышалось характерное потрескивание: это „трудились“ гусеницы непарного шелкопряда. Почти все берёзы и осины стояли голые, и лишь черешки и жилки листьев напоминали о том, что дерево ещё совсем недавно было зелёным. Все ветки деревьев (от нижних до самых верхних) сплошь были усеяны гусеницами…»

Наиболее простой способ борьбы с вредителями состоит в том, чтобы, вовремя заметив массовый лёт бабочек, начать уничтожение кладок яиц, смазывая их смесью керосина с нефтью. В плодовых садах нужно организовать ручной сбор и сжигание яйцекладок. Большое значение имеет привлечение в заражённые вредителями районы насекомоядных птиц. Новейший способ борьбы с непарным шелкопрядом (как впрочем и с другими насекомыми-вредителями) состоит в заражении вредителя болезнетворными микробами, т. е. в организации искусственной эпидемии, уничтожающей вредителя. Такой метод борьбы с шелкопрядом был, в частности, проведён в недавние годы в Воронежской области.

Для гусениц непарного шелкопряда характерна способность расселяться по воздуху: маленькие гусенички покрыты длинными волосками, играющими роль своего рода «парашютиков», подобно тому как это имеет место у семян одуванчика. Порывами ветра такие гусенички могут заноситься на далёкие расстояния, заражая новые участки леса или сада.

Именно таким способом непарный шелкопряд расселился по территории США, где ранее этого вредителя не было. Завезли его из Европы для опытов скрещивания с тутовым шелкопрядом. Из лаборатории, где производились опыты, однажды порывом ветра порция гусеничек была вынесена через окно в сад. Его тщательно обыскали, но, конечно, всех гусеничек выловить не смогли, и в результате уже через двадцать лет лесные массивы на большом протяжении пострадали от вредителя. И до сих пор в США не удалось справиться с непарным шелкопрядом, который продолжает наносить ущерб лесам и садам. Между прочим, для борьбы с этим вредителем американцы стали ввозить из Европы хищного жука-красотела, охотящегося за гусеницами бабочек.

20. Открытый стакан со свежим молоком закиснет гораздо раньше, так как его «заквасят» мухи: они занесут на своих лапках и хоботке молочнокислых бактерий из простокваши в молоко. Этот опыт наглядно подтверждает роль мух в переносе бактерий.

21. Слева изображён обыкновенный комар, справа — малярийный. Разница в характере посадки. (Уничтожайте малярийных комаров осенью в жилищах, подвалах, сенях, погребах и пр., куда комары слетаются на зимовку. Уничтожив осенью одного комара, вы предотвратите появление нескольких его поколений в весенне-летний период.)

22. Священным насекомым в древнем Египте почитался жук-скарабей. Изображения его вырезались на фронтонах храмов, на памятниках и каменных амулетах. До нас дошли рукописи Горуса Аполлона на папирусах, в которых прославлялось это насекомое.

Чем же привлёк внимание египтян этот довольно обычный и у нас на юге жук-навозник, названный современными зоологами в честь его былой славы священным скарабеем? Да тем же, чем и сейчас он привлекает внимание каждого, кто увидит его интересную особенность изготовлять из помёта животных шары, которые жук закатывает в норки и там их съедает. Вот эта-то удивительная способность и поражала воображение суеверных людей древнего Египта, увидавших в этом явлении прообраз передвигающегося по небу солнца, приводимого в движение жуком. В результате жуку начали воздавать почести, как и другим священным животным — быку, кошке, крокодилу, ибису.

Древнеегипетское изображение скарабея.

Скарабеи совсем не редкость у нас на юге (мне приходилось наблюдать их в степной части Крыма), где в степи тут и там замечаешь крупного в 3–4 см чёрного жука (а то и двух), старательно катящего шар из помёта. Откатив его на некоторое расстояние (иной раз на 15–20 метров) от «места заготовки», жук выкапывает норку, в которую вталкивает шар и там его съедает. Насытившись, летит за другим.

Для размножения скарабей приготовляет из овечьего помёта уже не шар, а тупую округлую грушу, в которую откладывает яичко. Вылупившаяся из него личинка питается внутренним слоем навозной груши, не нарушая её поверхности. Затем следует, как обычно, у всех жуков, стадия окукливания и превращения во взрослое насекомое. Однако окончательно жук освобождается из кокона после того, как последний размокнет от дождя или случайного увлажнения.

Скарабеи.

Катают шарики и некоторые мелкие навозники (так называемые сизифы и пилюльщики). Остальные навозники, в том числе и всем известный обычный навозник (чёрный сверху и фиолетовый снизу), а также копр (с рогом на голове) шаров не катают, а выкапывают непосредственно под кучкой помёта узкую и глубокую норку, куда и затаскивают помёт, утрамбовывая его в виде плотной колбаски.

23. Тли, листоблошки и некоторые другие мелкие насекомые встречаются на высоте до 2 тысяч метров над уровнем моря.

Паучки на летательных паутинках встречались на высоте 4 тысяч метров.

В стратосфере на высоте 22 тысяч метров были обнаружены микроскопические растительные организмы — бактерии и плесневые грибки.

В морской воде присутствие животных организмов обнаружено на глубине 10 тысяч метров.

В почву глубже всех проникают дождевые черви — до 8 метров. Норы некоторых сурков идут на глубину 5–6 метров от поверхности почвы.

24. Угорь.

Эта рыба для размножения направляется из рек Европы в западную часть Атлантического океана — район Бермудских островов (Саргассово море). Угрю приходится совершать при этом путь до 6 тысяч километров — самый длинный из известных путей, проходимых рыбами к району нереста.

Икра вымётывается на глубине до 500 метров, после чего взрослые угри, по-видимому, погибают. Появившиеся из икринок личинки поднимаются на поверхность океана и, увлекаемые морским течением Гольфстрим, в течение трёх лет пассивно переносятся к берегам Европы. К этому времени мальки превращаются в молодых угрей, которые входят в реки, покинутые в своё время их родителями. Через несколько лет молодые угри становятся взрослыми и уходят для размножения в далёкое Саргассово море.

Интересно отметить, что личинка угря совсем не похожа на взрослую рыбу. Поэтому до конца XIX столетия, когда были выяснены подробности жизни и размножения европейского угря, его личинку считали за особый вид рыбы, и даже выделяли в отдельный род — лептоцефал.

25. Налим.

Он нерестится в январе — феврале, когда реки покрыты льдом. «В мороз и холод налим молод» гласит меткая народная поговорка.

26. Белуга и калуга из семейства осетровых рыб.

Наиболее крупные выловленные экземпляры белуги достигали 5 метров длины при весе свыше 1 тонны, а калуги даже до 6 метров длины при том же весе. Обычно в промысловых уловах длина обеих рыб колеблется от 1 ¹/₂ до 2 метров. Белуга встречается у нас в бассейнах Каспийского, Азовского и Чёрного морей, а калуга в бассейне р. Амура. Крупных размеров достигает иногда сом — до 5 метров в длину, при весе в 300 килограммов. Обычно в уловах попадаются сомы от полуметра до метра.

Белуга.

27. Одомашненной рыбой можно считать карпа, разводимого в естественных или искусственных прудах. Карп был получен путём одомашнивания дикого сазана.

К настоящему времени выведены следующие породы карпа: чешуйчатый, зеркальный (с крупными чешуями), голый (почти без чешуй). Карп отличается от сазана не только высоким качеством мяса и скороспелостью, но и поведением: карпы менее пугливы и осторожны. В рыбоводных хозяйствах карпов подкармливают из специальных кормушек, установленных на дне пруда. Если одновременно с кормлением звенят колокольчики, то через некоторое время карпы подплывают к месту кормёжки на звук (вырабатывается условный рефлекс).

1 — сазан, 2 — карп.

В настоящее время ведётся селекционная работа с целью выведения высокопродуктивных пород карпа, а также более зимостойкой породы для северных районов страны.

28. Гамбузия.

Это маленькая (2–3 см длиною) прожорливая живородящая рыбка массами уничтожает личинок комаров. Гамбузии были завезены к нам из Южной Америки в 1924 году и с этого времени их начали широко акклиматизировать в малярийных местностях Кавказа и Средней Азии. Успешное разведение этих неприхотливых рыбок в различных водоёмах прочно вошло в комплексную систему противомалярийных мероприятий и в ряде мест сыграло значительную роль в ликвидации малярии.

Гамбузия.

29. Рыба-прилипало.

Она распространена в тёплых морях умеренного и тропического поясов; в СССР встречается у берегов Камчатки. У этой оригинальной рыбы передний спинной плавник видоизменён в присоску, которой прилипало может крепко присасываться к любому плавающему предмету: крупной рыбе, бревну, подводной части судна и пр., часто находят прилипал на акулах. Рыба отрывается только для того, чтобы схватить кусок добычи, оставшийся от трапезы акулы или упавший с судна.

Рыба-прилипало.

Рыбу-прилипало используют в качестве живого рыболовного крючка. Привязав к хвосту рыбы длинную бечёвку, прилипало бросают по направлению к обнаруженной морской черепахе или крупной рыбе. Прилипало тотчас же присасывается к добыче, и рыбаку остаётся только подтянуть её к лодке.

Такой способ лова рыбы был впервые описан Колумбом в период открытия Америки у берегов острова Кубы. Этим способом продолжают пользоваться и в настоящее время в различных местах земного шара: в Карибском море, у восточных берегов Африки и ещё некоторых морях.

30. Наблюдательные школьники сказали правду. Весной, в период размножения, самцы остромордой лягушки, находясь в воде, приобретают своеобразный брачный наряд — красивую лазурно-голубую окраску. Множество таких лягушек, скопившихся на мелководье, представляет занимательное и эффектное зрелище. Извлечённые из воды, лягушки теряют эту окраску.

Брачный наряд в период размножения появляется у многих животных. Он хорошо заметен у колюшки, а также у аквариумных рыбок: макроподов, бойцовых и др. Самцы серовато-коричневой прыткой ящерицы весной приобретают красивую ярко-зелёную окраску, которая сохраняется у них на весь период размножения.

31. Зелёная жаба. Это земноводное встречается не только в обычных условиях Европейской части СССР, но характерно также и для типичного пустынного ландшафта среднеазиатских республик и Казахстана, поселяясь вблизи постоянных или пересыхающих водоёмов, в том числе и солоноватых. Эта жаба лучше всех остальных наших земноводных приспособлена к сухому климату.

32. Из земноводных наиболее важную роль в уничтожении комаров играет обыкновенный тритон, который тёплую часть года проводит в стоячих водоёмах и питается в значительной мере личинками комаров.

33. Да, встречается.

В пустынях и степях Средней Азии, Закавказья и Предкавказья живёт маленький песчаный удавчик длиной в 1 метр и меньше. Песчаный удавчик обладает всеми признаками тропических удавов. Он относится к тому же семейству, что и гигантский 10-метровый южноамериканский удав анаконда. Песчаный удавчик, так же как и все другие удавы, умерщвляет добычу путём удушения, обвиваясь вокруг неё. Пищу его составляют мышевидные грызуны, ящерицы, мелкие птицы и насекомые. Как только в поле зрения удавчика попадает добыча, он молниеносно бросается и обвивает её и душит. Затем медленно разжимает кольца своего тела и начинает заглатывать добычу целиком, сначала голову, а потом и тело, как бы «надеваясь» на него.

Воду песчаный удавчик совсем не пьёт — в этом проявляется приспособление его к жизни в пустыне.

Желтовато-серая окраска песчаного удавчика, с тёмными пятнами на спинной стороне, очень подходит под цвет песка и глины.

Песчаный удавчик.

Иногда на юге и Дальнем Востоке можно услышать рассказы о длинных удавах, бросающихся на людей. Но это не удавы, а полозы — самые длинные змеи в нашей стране. Большеглавый полоз, встречающийся в южной части Туркменской ССР, бывает свыше 3 метров длиной. Желтобрюхий полоз, обитающий на Украине, в Крыму и на Кавказе, достигает 2–2,5 метра длины. Полозы других видов короче, но не менее 1 метра. Полозы не ядовиты, однако очень злобны и больно кусаются. Например, желтобрюхий полоз, уползающий от преследователя, иной раз оборачивается назад и смело бросается на врага, в том числе и на человека, кусая до крови.

34. Гадюка, щитомордник, гюрза, эфа, кобра.

Наиболее опасны для человека три последние, укус которых может привести к смерти. Гюрза встречается в Закавказье и южной части Средней Азии. Это крупная, длиной до 1,5 метра и толщиной в руку, змея. Она живёт в горах и долинах, предпочитая каменистые места, поросшие кустарниками; встречается и близ населённых пунктов — в садах, виноградниках и пр. Питается мелкими грызунами, ящерицами и другими мелкими животными.

Песчаная эфа и кобра обитают в южной части Средней Азии.

Песчаная эфа — небольшая змея до 75 сантиметров длиной, серовато-песочной окраски; живёт она главным образом на песчаных участках. Охотится преимущественно ночью, добывая мелких грызунов, а также насекомых и пауков.

Кобра, или очковая змея, достигает 1,5 метра длины. Живёт в предгорьях, долинах и ущельях среди камней и кустарников. Иногда поселяется в садах, заброшенных хозяйственных постройках. Окраска её очень изменчива — от жёлтой до чёрной. При раздражении и перед нападением змея высоко поднимает переднюю часть туловища и расширяет шею. У подвидов, обитающих за пределами СССР (например, в Индии), при этом ясно виден рисунок, напоминающий очки, откуда змея и получила своё название «очковой». Питается кобра главным образом грызунами, лягушками, а иногда и змеями.

1 — гюрза, 2 — кобра.

Менее опасны гадюки, которых на территории СССР зоологи насчитывают пять видов (обыкновенная, степная, кавказская, рогатая, гадюка Радде). Наиболее широко распространена обыкновенная гадюка, встречающаяся по всей лесной, лесостепной, а отчасти и тундровой зоне СССР. Смертельные случаи от укуса гадюки бывают редко.

Щитомордник — небольшая змея до 60 сантиметров длиной, обитает на Кавказе, в Заволжье, южной части Сибири и на Дальнем Востоке. Укус щитомордника для человека не опасен, но для домашних животных, в особенности для лошадей, нередко кончается смертью.

35. Змея при линьке «вылезает» из старой кожи, протискиваясь между камнями, корнями и пр.; к периоду линьки у змеи под старой кожей образуется новая, молодая блестящая кожица.

36. С открытыми глазами спят змеи и рыбы.

У змей сросшиеся веки прозрачны, а рыбы вовсе не имеют век.

37. Безногих ящериц — желтопузика и веретеницу.

Желтопузик обитает в Крыму, на Кавказе и в Средней Азии, а веретеница — в умеренном поясе; лесах и лесостепи. Они довольно длинны (веретеница — до 40 сантиметров, а желтопузик — до 1 метра), по земле двигаются, извиваясь, как змеи. Их часто принимают за ядовитых змей и безжалостно уничтожают, хотя они безвредны и даже полезны, так как питаются улитками, насекомыми, а желтопузики — и грызунами.

Хотя желтопузик и веретеница внешне похожи на змей, у них имеется целый ряд признаков, на основании которых их относят к ящерицам. У змей нет век — они не могут закрыть глаза, у ящериц же веки имеются; веретеница и желтопузик время от времени быстро закрывают и открывают глаза (моргают). У ящериц, в том числе у желтопузика и веретеницы, позади глаз имеются ушные отверстия, у змей их нет. По бокам тела желтопузика тянется длинная продольная бороздка, которой нет у змей. И у веретеницы и у желтопузика брюхо покрыто множеством мелких чешуек, а у змей на брюхе только один ряд широких поперечных роговых пластин. Резкое отличие веретеницы от змеи состоит и в том, что, если прижать кончик хвоста веретеницы, она тотчас же его отбрасывает, как это делают только ящерицы. При внимательном наблюдении за безногими ящерицами можно заметить, что в их движениях нет змеиной гибкости, да и форма головы у них другая, не змеиная.

1 — желтопузик, 2 — веретеница.

(Веретеницу иногда неверно называют медяницей и путают с змеёй-медянкой, так как по размеру ящерица и змея примерно одинаковы. Медянка имеет желто-бурую окраску, неядовита и встречается значительно реже, чем уж и гадюка.)

38. Глаза хамелеона.

Это древесное пресмыкающееся может, например, одним глазом смотреть вверх, а другим вниз, или одним вперёд, а другим назад. Такое устройство глаз даёт возможность хамелеону, находясь в полной неподвижности, широко обозревать окружающую обстановку и находить добычу. Подкрадываясь к какому-нибудь насекомому, хамелеон один глаз устремляет на добычу, а другим отыскивает наиболее удобный путь к ней.

Интересен хамелеон своей способностью менять окраску в зависимости от фона окружающей среды, а также при раздражении.

Лапы и цепкий хвост хамелеона помогают ему прочно держаться на ветвях деревьев и кустарников и передвигаться по ним. Для ловли насекомых этому животному служит длинный липкий язык, молниеносно выбрасываемый изо рта в нужный момент.

При опасности хамелеон принимает угрожающую позу: с сильным шипением он раздувает лёгкие и сильно увеличивается в объёме, изменяя весь свой внешний облик.

Хамелеон.

Хамелеоны — одни из самых высоко специализированных пресмыкающихся. Обитают они в Африке и на острове Мадагаскар. Зоологи насчитывают 85 видов этих животных. Самый маленький из них имеет размер 3 сантиметра, самый крупный — 60 сантиметров, оба вида живут на Мадагаскаре. Лишь один вид — обыкновенный хамелеон — проник из Северной Африки в Европу (Южную Испанию).

39. Наибольший размах крыльев в полете — до 3,5 и даже 4 метров — у обыкновенного альбатроса из семейства буревестников. (Для наглядности отмерьте длину 4 метра на полу.) Величина самой птицы 1 метр с лишним.

Альбатрос — типичная птица океанов южного полушария — проводит большую часть своей жизни в воздухе. Полёт альбатроса с распростёртыми крыльями удивительно красив. Крупная белая птица величаво парит в воздухе, то скользя у самой поверхности воды, то стремительно взмывая ввысь, без всякого заметного движения крыльев. Летают альбатросы с поразительной неутомимостью и в тихую и в бурную штормовую погоду при сильном встречном ветре, издавая в воздухе громкие пронзительные крики. Иногда они садятся на воду и плывут, поедая свою добычу — разных морских мягкотелых животных, но не рыб, так как нырять и внезапно бросаться в толщу воды не могут. Альбатросы постоянно сопровождают корабли, с жадностью хватая кухонные отбросы. На крючки с такой наживкой их нередко ловят с палубы корабля.

Размножаются эти птицы на пустынных островах или на безлюдных побережьях материков, строя на них свои своеобразные гнёзда, куда откладывают лишь одно яйцо.

40. Белая, или полярная сова.

Эта птица может быть активной и днём, что и понятно, так как иначе она не могла бы существовать летом в условиях полярного дня, когда солнце светит круглые сутки.

Полярная сова — птица наземная, она никогда не садится на дерево даже в лесотундре и лесной зоне, куда она залетает с севера при кочёвках. В лесу она охотится также днём. В период зимних кочёвок полярная сова залетает даже в Среднюю Азию и на Кавказ.

Охотятся днём и другие северные совы: ястребиная сова и бородатая неясыть.

41. Гнездо принадлежало скопе.

Это крупная хищная птица, охотящаяся исключительно за рыбой. Паря над поверхностью воды и заметив рыбу, скопа бросается вниз и схватывает добычу, иногда погружаясь при этом в воду. Наружный палец на ноге скопы в отличие от других хищных птиц отворачивается назад, что позволяет ей плотно охватить рыбу с обеих сторон. Когти у скопы очень острые и длинные, а вся лапа снизу покрыта бугорками, что помогает удерживать в лапах скользкое тело рыбы. Скопа интересна своим широким распространением не только по всему Советскому Союзу, но и почти по всему земному шару. (Заметим, что гнездо могло принадлежать также коршуну, охотящемуся иногда за рыбой.)

Скопа.

42. Да, используются.

В Казахстане, Средней Азии и Киргизии до сих пор распространена охота с помощью хищных птиц. С беркутом, самым крупным из наших орлов, охотятся на зайца, лисицу, волка, диких коз и джейранов. Некоторые охотники затравливают с беркутом за зиму до 30–40 голов зверя, а однажды с двенадцатилетним орлом было взято только за одну охоту 14 волков. Насколько ценятся в Киргизии охотничьи орлы-беркуты, видно из того, что за хорошего орла дают 2–3 лошади.

Кроме беркута, охотятся и с другими хищными птицами: с соколом-балобаном — на уток, дроф и зайцев; с кречетом — на гусей, лебедей, журавлей и уток; с ястребом-тетеревятником — на фазанов, тетеревов, куропаток; с ястребом-перепелятником — на перепелов.

Особенно широко была распространена охота с хищными птицами в допетровской Руси. Излюбленными охотничьими птицами в те времена были северные соколы — кречеты, гнездовья которых на Семи Островах у Мурманского побережья были заповеданы ещё с XVI века. В этих же местах кречеты были найдены нашими зоологами в 1935 году. Таким образом, кречеты здесь гнездятся из поколения в поколение в течение столетий.

43. Самец белой куропатки весной на току издаёт звуки, похожие на лай собаки.

Звуки, сходные с громким хохотом, издают лесные птицы: филин и сова-неясыть, а также морская птица — чайка-хохотунья. Из тропических птиц громкий крик, напоминающий дикий хохот, издаёт австралийский гигантский зимородок.

Вертишейка — небольшая буро-сероватая птичка, встречающаяся в средней полосе, отпугивая врага, угрожающе вертит головой, открывает рот и шипит как змея. Шипят по-змеиному и её птенцы, потревоженные в дупле.

Самец выпи — крупной болотной птицы, которую в народе прозвали бугаем, или водяным быком, весной опустив клюв в воду, издаёт «крик, похожий отчасти на удар по пустой бочке, отчасти на рёв запертой в сарае коровы…». (Из письма А. П. Чехова к А. С. Суворину.)

Звуки, похожие на блеяние ягнёнка, издаёт трепещущим хвостом бекас во время брачного полёта.

44. Клёст. В отличие от всех прочих певчих птиц клесты размножаются не только летом, но и в конце зимы, в феврале — марте, а иногда и раньше. В это время на ели можно найти гнездо клеста. В нём, несмотря на мороз и снег, сидит на яйцах самка, а самец невдалеке совсем по-весеннему поёт свою песню, в которой протяжный свист перемежается с чириканьем и щёлканьем. В. Д. Терновский в Московской области отмечал вылупление птенцов клеста при температуре –35° ниже нуля. К. А. Воробьёв обнаружил в Ярославской области 18 февраля при температуре –26° ниже нуля гнездо с четырьмя яйцами. Птенцы вывелись 27–28 февраля, а 21 марта покинули гнездо. Клёст выкармливает птенцов не насекомыми, как большинство воробьиных, а измельчёнными семенами шишек ели и сосны. Клесты появляются в наших лесах в большом количестве в годы обильного урожая шишек, который повторяется примерно через 3–4 года. В это время они очень оживляют наши хвойные леса.

Клесты.

Клюв у клестов особенный: концы его загнуты и перекрещиваются друг с другом, образуя своеобразные «щипцы», удобные для вылущивания семян из шишек. Интересно наблюдать, как клесты, налетев на ель или сосну, лазают по ветвям, нередко подвешиваясь вниз головой и пользуясь при этом не только ногами, но и клювом — совсем как попугаи. Окраска старых самцов красная; самок — зеленовато-жёлтая, а молодых птиц — буровато-зелёная.

Ранней весной выводит птенцов ворон. Зоолог Г. Н. Лихачёв указывает, что в Тульской области птица сидела на яйцах в марте, когда держались ещё сильные морозы и кругом было много снега. В южных районах кладки яиц этой птицы отмечались даже в середине февраля.

45. Сорные куры, распространённые в Австралии и Новой Гвинее.

Эти птицы откладывают яйца в большие кучи сухих листьев и других растительных остатков, которые они сгребают ногами. Высокая температура, развивающаяся в процессе гниения, достаточна для развития зародыша. Следит за яйцами самец. Птенцы сорных кур вылупляются из яиц оперёнными и уже на третий день жизни способны к полёту.

46. У трёхперстки и куличка-плавунчика.

Интересно отметить, что у самцов этих видов окраска невзрачная и малозаметная, поэтому они почти сливаются с окружающим фоном, а у ненасиживающей самки, наоборот, — яркое оперение. Самка плавунчика окрашена в смесь белого, серого и красного цветов. В брачный период своеобразное «ухаживание» свойственно не самцу, а самке.

47. Австралийские и новогвинейские шалашники.

Эти птицы в период размножения строят на земле из прутьев и стеблей нечто вроде открытого с обоих концов шалаша, куда натаскивают раковинки, цветные камни, яркие перья, блестящие предметы, добытые вблизи человеческих жилищ.

Помимо шалаша, оборудуется площадка, устланная мхом. На ней также раскладываются яркие предметы, цветы, плоды. Такой «садик» поддерживается в образцовом порядке: трава выщипывается, старые плоды и увядшие цветы заменяются свежими.

48. Оляпка.

Эта бурая, с белой грудкой птичка может нырять в воду и бегать по дну, цепляясь за неровности дна, камешки. Она ловит на дне насекомых, червей и мальков рыб. Пойманную добычу она всегда выносит на берег и здесь съедает. У находящейся под водой оляпки ноздри и ушные отверстия закрываются складками кожи, перья не намокают, так как обильно смазаны жиром. Птичка выглядит в воде блестящей из-за множества пузырьков воздуха, застрявших на её покрытых жиром перьях.

Ныряет оляпка не только в поисках пищи, но и спасаясь от врагов.

49. Да, встречаются.

Белые птицы (альбиносы) встречаются не только среди галок и воробьёв, но и среди дроздов, кедровок, кукушек, кобчиков, вальдшнепов, чибисов, ласточек и многих других птиц.

Большая коллекция птиц и млекопитающих альбиносов собрана в Дарвинском музее в Москве проф. А. Ф. Котсом.

50. Не летают новозеландский киви, или бескрыл, африканский страус (а также южноамериканский нанду и австралийские казуар и эму) и пингвины Антарктики.

Киви — это небольшая (размером с курицу) птица с длинным клювом, обитатель острова Н. Зеландия. У киви крылья сильно редуцированы и никакого значения для движения не имеют; у страусов они малы и лишь помогают при беге. У пингвинов крылья видоизменены в своего рода ласты, при помощи которых они с исключительной быстротой могут двигаться под водой, охотясь за рыбой.

Вверху — пингвины, внизу — киви.

51. На рисунке изображены райские птицы, обитающие на Новой Гвинее и соседних островах. Семейство райских птиц содержит несколько десятков видов. По красоте оперения, разнообразию украшающих придатков — шлейфов, хохолков, капоров и др, — эти птицы превосходят всех остальных представителей мира пернатых.

Местными жителями уже давно перья райских птиц использовались для украшения. С открытием островов Тихого океана европейцами начался усиленный вывоз шкурок этих замечательных птиц как для музеев и частных коллекционеров, так и для дамских украшений. Неудивительно, что в результате этого во многих местах своего коренного обитания райские птицы стали большой редкостью.

Заметим, что по анатомическим признакам райские птицы ближе всего к нашим воронам, галкам, грачам, сорокам (т. е. семейству врановых), но насколько же внешний вид райских птиц эффектнее и красочнее их скромных северных родственников.

52. Мнение о вреде всех без исключения хищных птиц неверно: считать вредной всякую птицу с загнутым клювом и острыми когтями нельзя.

Очень часто преследуют и убивают кобчика, считая его вредным и опасным «ястребом», хотя кобчик питается в основном насекомыми, которых он ловит на лету или собирает на земле (саранчу, кобылок, жуков-хрущей, жуков-навозников). Кобчик охотится также и за мышами, полёвками, сусликами и лишь в виде редкого исключения — за мелкими птицами. Какой же после этого кобчик — вредный «ястреб»?

В СССР насчитывается 48 видов хищных птиц: орлов, подорликов, ястребов, коршунов, соколов, кобчиков, сарычей, луней и др., и 18 видов сов: совок, сычей, сов, в том числе один вид филина. Из всех этих птиц действительно вредны ястреб-тетеревятник; ястреб-перепелятник; камышовый, или болотный лунь; местами филин. Они уничтожают много ценной промысловой дичи: зайцев, тетеревов, куропаток, уток, гусей, а также мелких насекомоядных птиц и домашнюю птицу. Поэтому отстрел указанных хищников оправдан. Все остальные хищники либо безвредны, либо вред их крайне незначителен, либо они очень полезны истреблением вредных грызунов, змей и насекомых.

53. Грачи приносят и пользу и вред.

Весной грачи уничтожают на полях вредных личинок жуков-щелкунов (червей-проволочников) и взрослых насекомых-вредителей. Но в то же время они клюют семена и всходы яровых и кукурузы. Осенью грачи нередко охотятся в полях на вредителей — мышевидных грызунов, но одновременно питаются и зёрнами хлебных злаков, в том числе кукурузы. Таким образом, степень пользы и вреда грачей должна решаться в зависимости от конкретных местных условий.

54. Многочисленные наблюдения различных натуралистов указывают на большой вред, наносимый серой вороной другим птицам. В период гнездования водоплавающей дичи, куликов, цапель и др. серая ворона превращается в настоящего грабителя яиц и птенцов. Особенно велик вред в местах массового гнездования уток. Пара ворон за день может уничтожить 30–40 яиц.

В ряде заповедников (Дарвинском, Кандалакшском, Астраханском и Окском) с серой вороной ведётся систематическая борьба, как с вредным хищником.

55. Щурка.

Это одна из самых красивых птиц нашей страны, отличающаяся ярким оперением. Наряду с сизоворонкой и зимородком она представляет в нашей фауне отряд сизоворонковых, к которому относятся преимущественно птицы тропических стран.

Щурки ловят насекомых на лету, причём не в пример другим птицам могут питаться жалящими насекомыми: осами, пчёлами, шмелями. По некоторым наблюдениям, одна щурка за день вылавливает до 200 пчёл, а за одно лето — до 9 тысяч этих полезных насекомых. Поэтому вблизи пасек, в радиусе 5–10 километров, присутствие щурок нежелательно.

Наиболее простой способ борьбы со щурками — заделка глиной нор этих птиц, гнездящихся колониями по склонам степных оврагов или берегам рек.

56. Баклан. За сутки эта птица съедает около 500 граммов рыбы. В дельте Волги насчитывается примерно 30 тысяч этих птиц. Они уничтожают несколько тысяч тонн рыбы ежегодно (включая убитую и неиспользованную).

В Астраханском заповеднике ведётся систематический отстрел бакланов с целью снижения их численности.

57. Утка гага, гнездящаяся колониями по побережьям и островам северных морей. Ценны гаги своим замечательным тёплым и лёгким пухом, который они в период гнездования выщипывают у себя на груди и брюшке и выстилают им гнездо. Гагачий пух является незаменимым материалом для одежды полярных лётчиков и зимовщиков.

Гагачий пух выбирают из гнёзд, когда начинают вылупляться птенцы или после того, как почти все выводки сошли на воду.

В связи с бережным и осторожным обращением гага всё больше привыкает к человеку и, возможно, в недалёком будущем станет в некоторых местах полудомашней, а может быть, и домашней птицей.

58. Дрозды, свиристели, щуры и другие птицы, питающиеся не семенами, а мякотью ягод. Семена ягод в кишечнике птиц не перевариваются и не теряют всхожести, даже, наоборот, всхожесть увеличивается за счёт удобрительных качеств помёта птиц. Если в лесу около какой-нибудь одинокой рябины, часто посещаемой птицами, или на вырубке вы встретите всходы малины, ежевики, вишни, черёмухи, крушины, то почти наверняка можно сказать, что они «посеяны» здесь птицами.

59. Кедровка прячет про запас кедровые орехи в мох, сухие листья, под пни и т. п., причём нередко уносит их за много километров от того дерева, на котором они выросли, способствуя тем самым расселению сибирского кедра. Эта её роль тем более важна, что у тяжёлых семян кедра нет никаких добавочных приспособлений — парашютиков или зацепок — для расселения при помощи ветра или животных.

60. Козодой.

Это небольшая, размером с голубя, птица, серовато-коричневой окраски. Охотится за сумеречными и ночными насекомыми: майскими жуками, бабочками шелкопрядов, совками, волнянками. Очень полезна для лесного и сельского хозяйства.

В сумерках козодои часто появляются у жилых построек, расположенных в лесу и на опушках.

Днём птицы сидят неподвижно на толстых сучьях деревьев, кучах хвороста, на пнях и т. п.; их серовато-коричневое оперение так сливается с окружающим фоном, что птица становится заметной лишь тогда, когда, вспугнутая, она взлетает из-под ног. Козодой — прекрасный пример покровительственной окраски.

Козодой.

Кроме козодоя, за насекомыми охотятся ночью некоторые виды сов: сплюшка, домовый сыч и иглоногая сова.

61. У старого грача сразу заметна белая кожа «лица» у основания клюва; у молодого и клюв и «лицо» тёмные.

Молодые скворцы тёмноклювые, оперение у них коричневато-бурое; старые скворцы — светлоклювые, оперение у них чёрное, блестящее.

62. У городской ласточки (воронка) хвост представляет собой тупую вилочку с короткими концами; оперение спины у птицы тёмное, надхвостье белое; весь низ тела также белый.

У взрослой деревенской ласточки (касатки) хвост имеет вид острой вилочки с длинными концами, оперение спины, включая надхвостье, тёмное, низ тела желтовато-белый, горло коричневое.

Отличаются и гнёзда этих птиц. У городской ласточки гнездо, прикреплённое к карнизу, закрыто со всех сторон; круглое входное отверстие расположено сбоку. У деревенской ласточки гнездо сверху открыто и имеет форму полушара или глубокого блюдца.

Часто принимают за ласточку стрижа, который относится к отряду длиннокрылых, в то время как ласточки относятся к отряду воробьиных.

Стриж крупнее ласточки. Всё тело стрижа как сверху, так и снизу тёмное, почти чёрное и лишь низ горла светлый. В полёте стриж пронзительно «визжит», в то время как ласточки щебечут. Рея в воздухе на большой высоте, стриж часто совершенно не двигает своими серповидными крыльями, а ласточки в полёте часто взмахивают крыльями. Стриж кормится всегда на больший высоте, а ласточки по влажную и ненастную погоду ловят насекомых у самой земли.

Стриж весной прилетает к нам всегда позже ласточек, а осенью отлетает раньше.

1 — стриж, 2 — ласточка деревенская, 3 — ласточка городская.

63. Мухоловки, стрижи и ласточки ловят насекомых в воздухе, но насекомые осенью забираются в убежища, и корм становится для этих птиц недоступным. Таким образом, не сами по себе холода вызывают отлёт птиц, а отсутствие корма.

Дятлы, синицы, пищухи, поползни приспособились к добыванию насекомых, их личинок, куколок и яиц из их зимних убежищ; они тщательно обследуют каждую щель, сухой лист, трещину на коре деревьев — корм для них доступен и зимой.

Глухари, тетерева, рябчики питаются летом ягодами, семенами и насекомыми, а зимой переходят на питание хвоей и почками деревьев.

64. В любом направлении по стволу дерева может передвигаться поползень, а пищуха и дятел передвигаются по стволу только вверх головой. Это объясняется тем, что дятел и пищуха при движении по стволу опираются на упругий хвост; у поползня хвост короткий и в движении по дереву значения не имеет.

Поползень и дятел.

65. Вальдшнеп.

Охотник-натуралист А. И. Дятлов наблюдал этот случай в Лосином Острове под Москвой. Вальдшнеп почти из-под ног охотника поднялся в воздух с птенцом, которого он нёс между цевками ног. Отнеся птенца метров на 15 в сторону, он возвратился за вторым, который затаился у самых ног охотника.

Вальдшнеп.

66. Около 1 тысячи километров в сутки.

По этой цифре можно судить о приспособленности стрижей и ласточек к длительному пребыванию в полёте.

67. Горихвостка запевает обычно раньше других птиц. Едва забрезжит рассвет, уже слышится её короткая песенка: фьить-ти-тик-фьить. Вздрагивая рыжеватым хвостиком, прыгает она по ветвям деревьев и кустарников, склёвывая насекомых. Горихвостка — одна из широко распространённых и полезных птичек. Она встречается не только по опушкам лесов и сечам, но также в садах и парках. Иногда заселяет скворечники.

За ней часто слышна песня зорянки — маленькой птички с оранжевой грудкой, которая, как показывает название, поёт свою звенящую песенку наиболее активно на утренней и вечерней заре.

Затем запевают дрозды, пеночки, славки, мухоловки, позже — зерноядные птицы: зяблики, овсянки.

Слева — горихвостка, справа — зорянка.

68. Соловей и садовая камышевка.

Громкая и отчётливая песня соловья, в которой хорошо различимы отдельные щёлкающие и свистовые звуки, известна каждому; но едва ли кто видел соловья в природе. Наблюдать эту невзрачную серую птичку по справедливому замечанию А. Н. Промптова «так же трудно, как легко слушать её пение». Излюбленные места обитания лучшего из наших пернатых певцов — густые заросли кустарников вблизи речек, прудов, болот, а также по дну оврагов.

Пение садовой камышевки — маленькой коричневато-бурой птички — не так приятно и громко. Оно представляет собой звуки, перенятые у других птиц, прерываемые характерным «чек-чек». Встречается садовая камышевка по берегам рек, сырым оврагам и садам. Ночное пение свойственно и другим видам камышевок.

69. У снегирей и чечёток. Причём самки последних поют даже лучше самцов.

70. Наибольшее число видов включает отряд воробьиных — не только в СССР, но и в мировой фауне птиц. В СССР насчитывается около 300 видов воробьиных, что составляет немного менее половины общего числа видов (700) птиц. В мировой фауне на долю воробьиных приходится около 5000 видов, что составляет более половины общего числа видов (8600).

К воробьиным СССР относятся ворон, ворона, сорока, скворец, иволга, щегол, чиж, снегирь, зяблик, воробей, жаворонки, трясогузки, синицы, мухоловки, зорянка, дрозды, соловей, ласточки и многие другие.

Наименьшее число видов включает отряд удодов, к которому в СССР относится лишь один вид — обыкновенный удод. Другие представители этого отряда в количестве нескольких десятков видов обитают в тропиках и субтропиках. Гнездящийся у нас удод — птица перелётная, зимующая в Африке и Индии. Наиболее многочислен удод в южных районах СССР, где часто селится колониями вблизи хозяйственных построек: скотных дворов, сараев и пр.

71. Специфические птицы Антарктики — пингвины.

Пингвинов известно 17 видов. Лишь один вид обитает у Галапагосских островов, никогда, однако, не появляясь в Северном полушарии.

72. Для арктических вод характерен морж, обитающий в Северном Ледовитом океане как Восточного, так и Западного полушарий. В СССР морж часто встречается в морях Беринговом, Чукотском, Восточно-Сибирском и море Лаптевых. Морж — один из самых крупных представителей отряда ластоногих. Самец достигает 5 метров длины и 2 тонн веса; самка имеет длину тела до 3 метров и весит 1 тонну.

Характерны клыки-бивни этих морских зверей, которые особенно велики у самцов, достигая 70 сантиметров длины. Бивни служат для выкапывания донных моллюсков — основной пищи моржей.

В конце лета стада моржей направляются к побережью материка, к уединённым островам или ледовым полям, обычно из года в год в одни и те же места. В течение уже нескольких веков эти лежбища известны зверобоям, добывающим моржей с целью получения сала, мяса, кожи и клыков. Начиная с 1957 года государственный промысел на моржа в СССР запрещён в целях увеличения численности этого ценного зверя. Охота разрешается только для нужд местного населения на Чукотке, где моржи наиболее многочисленны.

Клыки-бивни с большим искусством используются народами советского Севера для изготовления различных художественных изделий: скульптурных фигур, бус, брошек и др. В Антарктике морж не встречается.

Для Антарктики характерен ещё более крупный представитель отряда ластоногих — морской слон. Длина тела самца достигает 5,5 метра при весе 3,5 тонны. Размер самки 3 метра при весе 1 тонны.

Название «морской слон» этот зверь получил за хоботообразный вырост морды, который имеется только у самца. Когда зверь рассержен, «хобот» может удлиняться почти до полуметра. Зимой эти тюлени держатся в открытом море: тёплое же время года проводят на островах Кергелен и Ю. Георгия, где происходит размножение и линька.

Морские слоны.

Зоолог китобойной флотилии «Слава» А. Кирпичников, изучавший тюленей Антарктики, указывает, что в период линьки к морским слонам можно подойти вплотную: звери реагируют на это лишь тем, что широко раскрывают красную пасть. На суше морской слон передвигается с большим трудом, но плавает превосходно, под водой может пробыть 10–12 минут.

На протяжении XVIII–XIX столетий эти тюлени служили предметом интенсивного промысла и были сильно истреблены. В последнее время благодаря охране численность их начала увеличиваться.

73. Специфический хищник Арктики — белый медведь. Он никогда не появляется южнее узкой полосы побережья Севера.

74. На верхнем рисунке изображён коала сумчатое животное Австралии, а на нижнем овцебык — копытное животное Гренландии.

А) Коала, или сумчатый медведь, живёт в эвкалиптовых лесах восточной Австралии, это типичный лазящий зверь, проводящий большую часть времени в кронах деревьев и питающийся преимущественно листьями и побегами эвкалиптов. Пятипалые конечности коалы прекрасно приспособлены для лазания. На передних ногах два пальца могут противопоставляться трём другим, что позволяет плотно охватывать ветви.

Бесхвостое плотное тело длиной в 60 сантиметров покрыто густым и длинным мехом дымчато-серой окраски. По внешнему виду коала действительно похож на маленького медведя, откуда и другое его название «сумчатый медведь». (Заметим, что название «сумчатый медведь» в пушной торговле даётся и другому австралийскому уже исключительно наземному зверю вомбату, живущему в Южной Австралии и Тасмании.) Коала в основном ведёт сумеречный и ночной образ жизни. Днём спит в густых сплетениях крон деревьев.

Название «коала» имеет местное происхождение.

Б) Овцебык — своеобразное копытное животное, совмещающее в себе признаки быка и барана. Обитает в Гренландии. В последнее десятилетие акклиматизирован на Шпицбергене и Аляске. Судя по ископаемым остаткам, найденным в Сибири и Северной Америке, ранее был распространён кругополярно.

Длина самца 2,5 метра, высота 1,1 метра, вес до 300 килограммов, самки — до 100 килограммов.

У овцебыка короткие сильные ноги, широкие копыта. Большие рога, плотно прилегающие к голове, но с направленными вперёд острыми концами. Всё тело, морда и ноги покрыты длинным и плотным мехом.

Несмотря на неуклюжую внешность, эти животные очень ловки и быстры в своих движениях, могут взбираться на крутые склоны гор. Питаются той скудной растительностью, которая покрывает суровый остров Гренландию. В основном это мох, лишайники, карликовая ива и берёзка. Зимой животные сбиваются в стада и в поисках корма передвигаются к югу. В это время им приходится добывать корм из-под снега.

Как промысловое животное овцебык ценится своей шерстью, мясом и кожей. Примерная численность овцебыка в Гренландии оценивается в 10 тысяч голов.

75. Наибольшее число видов в отряде грызунов, к которому относятся мыши, крысы, полёвки, суслики, хомяки, сурки, белки, бобры, дикобразы, тушканчики, слепыши, зайцы и др.

Всего в СССР насчитывается 140 видов грызунов. Из них ондатра и нутрия ввезены к нам из Америки, а дикий кролик, распространённый на юге Украины, — из Западной Европы. Морская свинка ввезена в XVI столетии из Южной Америки и разводится в неволе как лабораторное животное. Грызуны благодаря своей плодовитости наиболее многочисленны и по числу экземпляров. Значение грызунов для народного хозяйства очень велико. Одни из них, как, например, белки и зайцы — важнейшие промысловые животные; другие, как мышевидные грызуны, — вредители, причиняющие народному хозяйству многомиллионные убытки, они же являются носителями возбудителей опасных инфекционных болезней: чумы, тифа, туляремии и других.

Наименьшее число диких видов включает отряд непарнокопытных, который в СССР представлен единственным семейством, родом и видом — куланом. Это животное обитает в пустынях и полупустынях Передней, Средней и Центральной Азии. В СССР встречается только в южной части Туркменской ССР, в частности в специально организованном для охраны этого редкого животного Бадхызском заповеднике.

По внешнему виду кулан похож и на лошадь и на осла. С первой его сближает стройное тело, со вторым — длинные уши, короткая, торчащая вверх грива, оканчивающийся кисточкой хвост. Окраска кулана рыжевато-жёлтая.

Кулан.

Летом куланы держатся небольшими табунами в 10–15 голов, предводительствуемые старым жеребцом. Осенью и зимой соединяются в большие стада до 100 и более голов.

В поисках корма и воды куланы совершают большие переходы, причём на бегу развивают скорость до 70 километров в час. Охота на этих редких животных в СССР запрещена. В настоящее время проводятся интересные опыты по одомашниванию кулана и скрещиванию его с домашней лошадью и ослом.

76. Самый крупный представитель семейства оленей — лось. Самцы лося достигают высоты 2 метров, длины — 2,5 метра и веса 500 килограммов (лоси из Восточной Сибири — до 600 килограммов). Рога зверя весят до 20 килограммов.

Количество этих ценных лесных животных благодаря охране и ограничению охоты в последние годы резко возросло. Даже в такой населённой области как Московская в 1946 году насчитывалось 2 тысячи голов лося; в 1956 году, по данным И. В. Александровой, их было уже 9 тысяч голов, а по данным авиаучёта, произведённого Ю. А. Герасимовым, в 1960 году численность животных возросла до 12 тысяч. Во Владимирской области число лосей определяется в 2 тысячи голов, а в Пермской до 20 тысяч. Сейчас лоси появились в тех областях, где они были прежде совершенно уничтожены, а также в совсем новых для них районах. Как промысловое животное ценится своим мясом и высококачественной кожей.

Пойманные в раннем возрасте лосята легко приручаются. Лосёнок, родившийся весной, к октябрю уже достигает веса 120–150 килограммов; скороспелость лосей выше, чем домашнего скота. В последнее время поставлен вопрос о содержании и разведении лосей в неволе для получения мяса. Ручные лоси могут использоваться для перевозки вьюков по лесным дорогам и в запряжке. Систематическая работа по одомашниванию лося и использованию его как мясного и транспортного животного уже много лет проводится в Печоро-Илычском заповеднике научным сотрудником Е. П. Кнорре.

Лось в запряжке.

Самый маленький из наших оленей — кабарга, длина её тела менее 1 метра, высота в плечах — 60 сантиметров, вес — 8–12 килограммов, она немногим тяжелее крупного зайца-русака.

Кабарга населяет горные районы Восточной Сибири от Енисея до Тихого океана. Задние конечности её длиннее передних, благодаря чему она прекрасно прыгает. Не только самки, но и самцы кабарги безрогие. У самцов два клыка верхней челюсти очень длинны (8–10 сантиметров), они торчат наружу. На брюхе у самцов имеются мускусные железы, содержащие так называемую «кабарожью струю» — ценное вещество, издавна употребляющееся в парфюмерном производстве, а также в китайской медицине. Поэтому кабарга промышляется не только ради мяса и кожи, но и для получения «кабарожьей струи».

Лось и кабарга.

77. Рогами обладают и самцы и самки северного оленя. Отсутствуют рога у самок и самцов кабарги. У последних имеется на верхней челюсти два длинных зуба, выступающих наружу. Предполагают, что клыками самцы дерутся между собой.

78. У нас встречаются 5 видов антилоп: сайга, джейран, дзерен, серна и горал. Все они небольшого размера.

Сайга — маленькая и быстроногая антилопа, обитающая большими стадами в полупустынных и степных районах Нижней Волги, Казахстана и Средней Азии. В прежние времена сайга была распространена значительно шире, доходя на запад и север до Киева, Курска и Воронежа. Вследствие хищнического истребления и распашки степей она здесь исчезла и сохранилась лишь в указанных выше местах, да и численность её из года в год уменьшалась. Изданный в 1919–1920 гг. за подписью В. И. Ленина декрет об охране редких животных, куда была включена и сайга, явился первой причиной увеличения численности этого животного. Сейчас в некоторых районах Казахстана появились не только сотенные, но и тысячные стада этих антилоп, что позволило в ряде мест открыть на них промысел. На примере сайги хорошо видно, как человек, умело сочетая интересы охраны и промысла, может регулировать численность животных. Сайга отличается превосходным по качеству мясом и кожей, кроме того, на экспорт идут рога самцов, высоко ценящиеся как лекарственное средство на Востоке.

Сайга легко приручается. Местное население издавна при случае отлавливает сайгачат, которые вырастают и пасутся вместе с домашним скотом. Это обстоятельство позволило проф. А. Н. Формозову и Н. Н. Бакееву выдвинуть предложение о проведении опытов по выпасу прирученных сайгаков совместно с домашним скотом в значительно более широких масштабах.

Интересна сайга и с чисто научной стороны, как очень древнее животное современник шерстистого носорога и пещерного льва — сохранившееся до наших дней с четвертичного периода.

Джейран. Красивая антилопа, обитающая в пустынях Средней Азии и Закавказья. Держится небольшими табунами в 8–15 голов. Промышляется ради вкусного мяса. Так же как и сайга хорошо приручается и плодится в неволе.

Дзерен. По внешнему виду похож на джейрана. Обитает в Монголии, откуда проникает к нам в Забайкалье и долины рек Аргуни и Окона.

Серна. Горная антилопа Кавказа. Держится на высоте 1500–2500 метров. Летом пасётся на альпийских лугах, а зимой спускается ниже к области леса, где питается корой деревьев, ветвями кустарников и лишайниками.

Горал. Тоже горная антилопа, обитающая у нас в Уссурийском крае в горах Сихотэ-Алиня. Охота на эту редкую и малоизученную антилопу запрещена.

79. Тигр, леопард, ирбис (снежный барс), гепард, рысь, европейская дикая кошка, дальневосточный лесной кот, камышовый кот (хаус), степная, или пятнистая кошка, манул, барханный кот, каракал. Тигр — самый крупный и сильный зверь из кошачьих; ударом лапы он может свалить оленя и лося, способен переплыть с убитым кабаном в зубах бурную и многоводную реку. Тигр делает прыжки до 3 метров высотой и 7 метров длиной. В СССР тигры почти истреблены и встречаются в небольшом числе на Дальнем Востоке (в Уссурийском крае), да в некоторых местах Средней Азии (низовья рек Или, Аму-Дарьи, верховья рек Вахш, Пяндж) и Закавказья.

Леопард (пантера, барс) — самая ловкая и смелая из всех кошек; она имеет красивую пятнистую окраску. В противоположность тигру леопард может лазать по деревьям. В СССР встречается на Кавказе, в Закавказье, Средней Азии (Туркмения) и на Дальнем Востоке.

Ирбис (снежный барс) — обитатель горных районов Средней Азии, Тянь-Шаня, Алтая, Саян. Мех у него густой, серовато-белый, с крупными тёмными пятнами. Ирбис может делать прыжки до 6, а по некоторым данным, даже до 10 метров длиной. По сравнению с леопардом он более труслив, избегает человека и не нападает на него. Охотится за горными козами, баранами, а также грызунами и птицами.

Гепард — высокая кошка, по расцветке схожая с леопардом. Когти на ногах не втяжные, как у собак. Прекрасно бегает и свою добычу — в основном антилоп-джейранов — преследует угоном, чем напоминает собак и волков, хотя относится к семейству кошачьих. На коротких расстояниях развивает скорость до 90 километров в час. У нас гепарды встречаются на юге Туркмении. В Индии гепарда приручают для охоты за антилопами и зайцами (охотничьи гепарды были известны в Киевской Руси).

Рысь — единственная из крупных кошек, заходящая в своём распространении далеко на север и встречающаяся в глухих районах лесной зоны СССР. Может взбираться на деревья. Охотится за зайцами-беляками и другими лесными животными, в том числе и птицами, которых скрадывает на земле.

Кроме перечисленных, в СССР обитает ещё несколько видов диких кошек. В лесах Кавказа, Западной Украины и Белоруссии встречается европейская дикая кошка. По размерам она несколько крупнее и массивнее домашней. На Дальнем Востоке — дальневосточный кот, самая крупная из диких кошек. В камышовых зарослях устья Волги, Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи живёт камышовый кот, или хаус, в степях и пустынях Казахстана, Забайкалья, Средней Азии — манул; в среднеазиатских пустынях — степная, или пятнистая кошка, барханный кот и каракал. Последний чрезвычайно ловок и подвижен, он может ловить птиц, подскакивая за ними в воздух. В Индии каракала приручают для охоты за зайцами, фазанами, павлинами и журавлями.

1 — тигр, 2 — леопард, 3 — ирбис, 4 — гепард, 5 — рысь, 6 — барханный кот.

80. Казалось бы, что общего между барсуком и куницей, а между тем по строению черепа, зубов и другим анатомическим признакам барсук относится к семейству куньих. К этому же семейству, кроме куницы, принадлежат: соболь, хорёк, колонок, горностай, ласка, норка, росомаха, калан и некоторые другие. Все эти животные ведут различный образ жизни, что отразилось на их строении, повадках, питании.

Хорёк, горностай, ласка — наземные хищники, питающиеся главным образом мелкими грызунами.

Барсук не только наземный, но отчасти подземный зверь, зимующий и проводящий весь день летом в глубоких, вырытых им норах с целой системой лабиринтов и ходов и несколькими выходными отверстиями. Норы содержатся в большой чистоте. Барсук всеяден. Мелкие грызуны, насекомые, птенцы, корешки различных трав, жёлуди, ягоды — вот неполный ассортимент его пищи. Кормится в основном ночью и в сумерки.

Соболь не только наземный, но отчасти и древесный зверёк; он легко может взбираться на деревья и часто устраивает себе убежища в дуплах. Питается грызунами, птицами, но также и растительной пищей — ягодами, кедровыми орехами.

Куница в ещё большей степени может считаться древесным животным, соперничая в этом отношении даже с белкой, за которой, кстати сказать, часто и успешно охотится.

Выдра — полуводный зверь, живёт по берегам рек и озёр, охотится за рыбой, прекрасно плавает.

Калан, или морская выдра, обитает у побережья Курильских и Командорских островов, ещё более приспособлен к водной стихии, редко выходит на сушу и при малейшей опасности старается уйти в море.

В большинстве своём представители семейства наших куниц являются наиболее ценными пушными животными, дающими нашему народному хозяйству прекрасного качества мех. Заметим также, что из волос барсуков и колонков изготовляют кисточки для рисования.

81. Соболь и выхухоль.

Соболь живёт в некоторых районах Сибири, Дальнего Востока, Камчатки и Сахалина. В Европейской части СССР он обитает лишь на небольшом пространстве по западному склону Северного Урала.

Распространение соболя отчасти охватывает Корею, Маньчжурию и Северную Монголию.

Этот маленький изящный хищник живёт в полосе тайги. Охотится соболь на земле, но может взбираться и на деревья. Основная его пища — мышевидные грызуны и кедровые орехи. Соболь может осилить и зайца, тетерева, глухаря и других птиц. Наряду с этим он питается и брусникой, черникой, морошкой.

Охота на соболя — одна из самых трудных; на него охотятся с лайкой или настораживают в определённых местах капканы.

На обширном пространстве от Урала до Тихого океана зоологи и промышленники различают несколько подвидов, или кряжей, соболя: баргузинский, якутский, камчатский, алтайский, тобольский и др. Наиболее ценные соболя — чёрные баргузинские, которые оплачиваются охотникам в два с половиной раза дороже светлых тобольских. Баргузинский соболь — гордость отечественного пушного промысла — пользуется неизменным успехом на международных аукционах и выставках. Последние 20 лет охотоведами и зоологами проводится широкое расселение соболя в тех местах Сибири, где он был ранее истреблён. В настоящее время численность соболя заметно увеличилась.

Уже давно зоологи и практики стремились разводить соболей в неволе, однако эти попытки были безуспешными, пока профессором П. А. Мантейфелем не были установлены сроки спаривания и период беременности соболя. Спаривание этих зверьков происходит в июле, а не ранней весной, как это считалось прежде, беременность длится 9 месяцев. П. А. Мантейфелю в 1929 году впервые удалось получить приплод от соболей в неволе: теперь соболей разводят на зверофермах, наряду с норками и серебристо-чёрными лисицами.

Выхухоль — зверёк из отряда насекомоядных, величиной с крупную крысу, обладает прекрасным двухцветным мехом: сверху — тёмным, снизу — серебристо-белым.

На всём земном шаре выхухоль сохранилась лишь в Европейской части СССР — в бассейнах рек Волги, Дона и Урала. На Пиренейском полуострове обитает другой вид выхухоли. Размеры её меньше, мех малоценный, практического значения не имеет.

Выхухоль по своему образу жизни тесно связана с водой. Она живёт по берегам рек и озёр, роет норы с выходом в воду, прекрасно плавает и ныряет (на задних лапах у неё имеются широкие плавательные перепонки). Выхухоль может быстро передвигаться по дну водоёма. Питается червями, улитками и другими беспозвоночными организмами, иногда мелкими рыбками и водной растительностью.

К началу XX века выхухоль была сильно истреблена. Для восстановления численности этого ценного зверька были организованы выхухолевые заповедники на реках Клязьме, Оке и Хопре. Во многих областях Европейской части СССР выхухоль, начиная с тридцатых годов, выпускается для расселения.

Интересна выхухоль и с чисто научной точки зрения — как очень древний по происхождению вид третичного периода, современник мастодонта и пещерного медведя, сохранившийся до нашего времени.

Выхухоль (слева) и соболь (справа).

82. Выдра и лисица.

Выдра встречается по всему Советскому Союзу от Баренцева моря до Кавказа и Закавказья, от Белоруссии до Дальнего Востока включительно. Вне СССР встречается по всей Западной Европе, а также в Северной Африке, Палестине, Малой Азии, Иране, Индии, Непале, Цейлоне, Северной Бирме, Таиланде, Суматре, Яве, Китае, Японии, Северной и Южной Америке. Почти всюду выдра немногочисленна или редка.

Значительно более многочисленна и чаще встречается лисица, которая также широко распространена по всему Советскому Союзу, Западной Европе, Северной Америке, Северной Африке, Аравии, Малой Азии, в Китае, Японии и некоторых других местах.

83. Самым ценным мехом обладает шиншилла — грызун горных степей Ю. Америки, размером с крупную белку. Нежный серебристый мех шиншиллы ценится гораздо выше меха бобра, соболя, калана. Добывают шиншиллу в Перу, Чили и Боливии. Однако в результате интенсивной охоты зверёк становится всё более и более редким, а местами он и совершенно выбит. В настоящее время в Америке его разводят в клетках. В 1960 году наш научно-исследовательский институт животного сырья и пушнины завёз из Колорадо 100 шиншилл, которых предполагается разводить не только в звероводческих хозяйствах, но и выпустить в горных районах Средней Азии, где климат и природные условия во многом сходны с далёкой южноамериканской родиной этих зверьков.

84. Белка.

По числу добываемых шкурок занимает первое место в пушном промысле нашей Родины. По качествам меха русская белка значительно превосходит североамериканскую.

Промышляется белка зимой, когда её летний рыжий мех сменяется на пышный серый.

Белки из различных районов СССР отличаются по размерам тела, пышности и расцветке меха. Зоологи и промышленники различают отдельные разновидности (кряжи) этого зверька.

Разновидности сибирских белок по сравнению с европейскими обладают более пышным зимним мехом. Особенно крупными размерами выделяется западносибирская белка-телеутка, которая в недавнее время (1937–1940 гг.) акклиматизирована в лесах Крыма. На Кавказ, где раньше не было белок, была ввезена обладающая прекрасным мехом алтайская белка.

В Европейской части СССР выше всего ценятся северные белки с Кольского полуострова и из Архангельской области, обладающие густым пушистым мехом чистого серого тона. У белок, распространённых южнее, качество меха понижается.

В годы неурожая семян хвойных — основной пищи белок — эти зверьки перекочёвывают в другие, более кормные места, преодолевая при этом значительные препятствия: переплывают реки, пересекают безлесные участки. Особенно интересной была миграция белок в двадцатых годах текущего столетия из лесов северовосточной Сибири в леса Камчатки, где раньше белок не было. Чтобы попасть на Камчатку, белкам пришлось преодолеть обширную полосу безлесной тундры.

85. Ондатра.

Этот зверёк из семейства мышевидных грызунов напоминает по внешности маленького бобра (длина тела 30 сантиметров, хвоста — 25 сантиметров, вес — около 1 килограмма). Жизнь ондатры тесно связана с водой. Она превосходно плавает; задние конечности действуют при этом, как своеобразные лопасти весла. Передние конечности приспособлены к роющей деятельности. Красивый, густой, гладкий и блестящий мех ондатры прочнее меха белки. Родина ондатры — Северная Америка. Впервые зверёк был завезён в СССР в 1928 году из Финляндии. К настоящему времени ондатра выпущена и акклиматизирована в 73 областях, краях и автономных республиках Союза; она заселила водоёмы, расположенные более чем на половине территории СССР. В общесоюзных заготовках пушного сырья ондатра стоит на 4–5-м месте, а в некоторых районах — даже на 1-м. Ежегодно по Союзу заготавливается до 2,5 миллиона шкурок ондатры.

Ондатра.

Особенно благоприятными для размножения ондатры оказались водоёмы южной части СССР, богатые кормами, где этот зверёк приносит потомство 3–4 раза в год. В дельте реки Или, впадающей в озеро Балхаш, организовано крупнейшее в СССР государственное Баканасское ондатровое хозяйство, где добывается около половины всех ондатр, заготавливаемых в СССР. В Киргизской ССР, куда ондатру начали выпускать с 1947 года, уже теперь этот зверёк занял по ценности даваемой продукции первое место.

Акклиматизация ондатры в СССР, проведённая советскими зоологами и охотоведами, представляет замечательный пример обогащения промысловой фауны нашей страны.

Этот неприхотливый зверёк заселяет любые водоёмы: небольшой пруд, реку, побережье моря. Ондатра, подобно бобру, роет норы, либо строит из растительных остатков «хатки», последние — при наличии низких берегов или в болотистой местности. Для существования ондатры необходимо наличие прибрежных и водных растений, которые служат пищей зверьку: рогоза, тростника, камыша, хвоща, кувшинки. Ондатры могут поедать и ядовитые для человека и домашних животных растения: калужницу, касатик (ирис). Зимой при недостатке растительной пиши ондатра питается улитками, лягушками, насекомыми, иногда мелкой рыбой.

86. У зайца.

За лето у него нередко бывает три приплода: первый в конце апреля — в мае, второй в начале июля, третий в конце августа — начале сентября, когда начинают опадать листья с деревьев. Самые поздние зайчата называются «листопадниками». В южных районах РСФСР у зайцев-русаков бывает даже четыре приплода в год.

87. Лисица, ласка, горностай, степной хорь.

Основную пищу лисицы составляют полёвки — вредители зерновых культур.

Полезны также ласка и горностай, уничтожающие грызунов в их норах, куда благодаря своему гибкому телу легко проникают. Подсчитано, что каждый из этих маленьких хищников может уничтожить за год до трех тысяч грызунов.

Польза горностаев и ласок отмечалась уже издавна. Так, академик И. И. Лепехин в своих «Дневных записках путешествия по разным провинциям Российского государства» (Спб, 1795 г.) пишет: «Наибольшая алчность сих зверьков примечается, когда они забираются в овины к житничкам (т. е. мышам, полёвкам и прочим грызунам) и если их тут найдутся тысячи, ни одного не покинут вживе, но всех без милости убивают, почему крестьяне тех горностаев и ласок, которые близ скирдов и житниц водятся, никогда не убивают, но паче их сберегают».

Большую пользу приносит светлый, или степной хорь, питающийся в основном сусликами, которых он ловит не только на поверхности земли, но и в норах. Семья степного хорька за год уничтожает до 800 сусликов, сохраняя этим не одну сотню килограммов зерна. Наблюдения последних лет показали, что степной хорь уничтожает и слепышей — крупных подземных грызунов, питающихся корнями и клубнями растений.

Несмотря на то что степной хорь — пушной зверь, в некоторых районах издавна запрещена охота на этого хищника; запрещена или ограничена охота на него и в настоящее время в некоторых степных районах СССР.

Степной хорь.

88. Медведь, соболь, енотовидная собака, куница, шакал, лисица, волк, тигр и др. Медведь питается разнообразной пищей, в основном растительной, в том числе ягодами. Такие хищники, как соболь и енотовидная собака, в определённый сезон в значительной мере питаются ягодами и орехами. Куница, наряду с животной пищей, поедает рябину, малину, дикие яблоки, черешню. Шакал ест различные плоды, в том числе виноград, арбузы, дыни. Лисица, волк, тигр летом при случае едят и ягоды, а осенью — сочные лесные фрукты. По-видимому, в большей или меньшей степени растительный рацион необходим каждому хищному зверю.

89. Северный олень, питающийся, как известно, лишайниками, травами, грибами, при случае поедает и мелких грызунов тундры — пеструшек (леммингов), а также рыбу, яйца и птенцов. Такой своеобразный рацион оленя объясняется тем, что растительность тундры бедна белковыми и минеральными веществами.

90. На нижнем рисунке изображён броненосец, а на верхнем — муравьед — типичные млекопитающие Южной Америки.

Броненосец (А) — единственное современное млекопитающее с панцирным кожным скелетом, покрывающим всё тело за исключением брюшной стороны. Панцирь состоит из отдельных поясков, что обеспечивает необходимую подвижность тела.

Броненосцы — роющие звери. На ногах у них большие сильные когти, хорошо развито обоняние. И то и другое характерно для всех роющих животных. Медлительный при движении по поверхности почвы, броненосец с удивительной быстротой может зарываться в землю. Ему достаточно трёх минут, чтобы вырыть ход в несколько раз длиннее его тела.

Распространён в Южной Америке, проникая на север до Мексики. Излюбленные места обитания животного — песчаные равнины с термитниками и муравейниками. Основную пищу броненосцев как раз и составляют муравьи и термиты, хотя некоторые виды питаются червями, улитками, лягушками, ящерицами и др., а также и растительностью.

Имеется несколько видов. Самый крупный из них так называемый гигантский броненосец, достигает 1,5 метра в длину (считая и хвост). Размер самого маленького — карликового броненосца — всего 25 сантиметров.

Современные броненосцы представляют лишь остатки некогда обширного семейства, среди которого были виды во много раз крупнее современного гигантского броненосца.

Муравьед (Б) — довольно крупное животное длиной около 2 метров (считая и хвост) и весом до 40 килограммов. Тело покрыто густым мехом, особенно обильным на спине, боках и хвосте. Удивительна голова у муравьеда, имеющая форму трубки с ротовым отверстием на переднем конце. Изо рта выдвигается очень длинный и липкий язык, с помощью которого животное собирает муравьёв и термитов — основную свою пищу. Зубов у муравьеда нет. Обитает он в восточной половине Южной Америки от Парагвая до Ориноко. Местное население охотится за ним ради мяса и меха. Кроме указанного наземного большого муравьеда, имеется ещё 2 вида древесных муравьедов значительно меньшего размера. Большой муравьед нередко содержится в зверинцах и зоопарках.

91. Самое быстроходное млекопитающее — гепард, относящийся к семейству кошачьих. На коротких расстояниях этот зверь может развивать скорость бега до 90 километров в час. Такая быстроходность позволяет гепарду настигать свою добычу — различные виды антилоп, которые также отличаются своим быстрым бегом, достигающим до 80 километров в час.

Из наших обычных животных быстрее всех бегает заяц-русак — до 50–60 километров в час. Немногим уступает ему волк, который может бежать со скоростью до 45 километров в час.

92. Зимой живут под снегом полёвки, мыши и землеройки. В сильные морозы зарываются в снег куропатки, рябчики, тетерева и глухари. Птицы бросаются с разлёта в снег и, энергично работая лапами и крыльями, забираются в глубину рыхлой снежной массы. В сильные метели птицы остаются в снегу несколько дней.

93. На рисунке изображены следы (слева направо): лисицы, волка, зайца-беляка, белки, горностая, медведя и лося.

94. Правы оба. Ласка летом носит буро-рыжеватый наряд, а зимой, после линьки — белый. То же наблюдается у горностая и песца; летом темнеет окраска зайца-беляка, белой куропатки. Такая смена наряда имеет приспособительный характер. Тёмная окраска более незаметна в летних условиях, а белая — зимой.

95. Собирают на зиму запасы в основном грызуны.

Полёвка-экономка натаскивает в свою нору корни растений. Узкочерепная полёвка заготавливает на зиму большие запасы зерна, луковиц и т. п.

Полёвка Брандта запасает корневища живородящей гречишки (мякир), напоминающей по вкусу лесной орех. Местное население в северной Монголии разыскивает кладовые этой полёвки и использует в пищу её запасы; в одной норе находят нередко до 8 килограммов мякира. Делают запасы на зиму и полёвки других видов, а также песчанки.

Хомяки запасают на зиму овёс, горох, чечевицу, пшеницу и рожь, причём эти вредители успевают собрать свой «урожай» прежде, чем начнётся уборка на полях.

Очень энергично собирает кедровые орехи бурундук — маленький полосатый грызун, похожий на белку. В норах бурундука бывает до 5 килограммов и более орехов. Соболь и медведь нередко выкапывают запасы бурундука, находят их и люди.

Запасает на зиму орехи и жёлуди белка; особенно интересны её запасы грибов, которые зверёк с осени развешивает для сушки по сучкам и развилкам деревьев.

Пищухи, или сеноставки, срезают траву и раскладывают вблизи своих нор для сушки, в ясную погоду ворошат сено, а перед дождём собирают его. Осенью складывают сено в стожки, а зимой прокладывают к ним подснежные ходы и периодически затаскивают сено в глубь нор для еды и подстилки. Загрязнённое и залежавшееся сено аккуратно выбрасывается наружу.

Пищухи.

Подобным же образом заготавливают сено монгольские полёвки. В некоторых местах население использует заготовленное этими грызунами сено на корм скоту.

96. Летучие мыши, землеройки, крот.

Летучие мыши питаются исключительно насекомыми, которых они ловят на лету. Особенно важно и ценно то, что летучие мыши истребляют вредных насекомых в сумерки и ночью, когда большинство птиц не активно. Наиболее полезны прудовая и водяная ночницы, летающие над водой и массами истребляющие комаров и москитов — переносчиков малярии и других болезней. Рыжая вечерница истребляет майских жуков.

В Средней Азии, в Крыму и на Кавказе живёт крупная летучая мышь — обыкновенный длиннокрыл, который летает исключительно быстро и ловко и как бы заменяет ночью ласточек и стрижей. Многотысячная колония длиннокрылов Бахарденской пещеры в Средней Азии защищает от вредных насекомых прилегающие хлопковые поля.

Длиннокрыл обыкновенный.

Землеройки — насекомоядные зверьки, добывающие свой корм на земле, в подстилке. За сутки землеройка съедает корма очень много: вдвое-втрое больше собственного веса.

Живущий под землёй крот питается не только дождевыми червями, но и личинками и куколками насекомых-вредителей — жуков, бабочек и др. Особенно полезна роль крота в уничтожении личинок майских жуков в годы массового размножения этого насекомого.

97. «Уссурийским енотом», или даже просто «енотом», у нас часто называют енотовидную собаку, что с научной точки зрения неправильно. Енотовидная собака относится к семейству псовых, как и собака, волк, лисица, песец.

Родина енотовидной собаки — Уссурийский край, Китай и Япония; ныне это животное широко акклиматизировано во многих районах СССР.

Енот, или енот-полоскун, — обитатель Северной Америки, он относится к семейству енотовых. Правда, на первый взгляд по форме морды, размерам и окраске енотовидная собака и енот кажутся очень похожими друг на друга, но сходство это чисто внешнее. Их строение, повадки и образ жизни резко различаются. Енот-полоскун хорошо лазает по невысоким сучковатым деревьям, устраивает жилища в дуплах. Пальцы на его лапах очень подвижны: он может держать в пальцах пойманную добычу и «полоскать» её в воде. Енотовидная собака, как и подобает представителю семейства псовых, — животное наземное, на деревья взбираться не может, выкапывает в земле норы, обладает малоподвижными пальцами, схватывает и держит пойманную добычу ртом.

Морским, или камчатским, бобром нередко называют в охотничьей и даже зоологической литературе калана — ценного пушного зверя, обитающего у побережья Командорских и Курильских островов и на южной оконечности Камчатки. Этот зверь относится к отряду хищных, а не грызунов, и по внешности похож на крупную выдру, к которой близок по систематическим и анатомическим признакам. Поэтому калана правильнее называть морской выдрой. Длина взрослого самца достигает 1,5 метра, вес — до 40 килограммов. Окраска мягкого шелковистого меха от чёрного до светло-коричневого.

Прекрасно плавая, калан ведёт полуводный образ жизни. Целыми днями ныряет он за морскими ежами, моллюсками и рыбой, составляющими его основную пищу. Плавает на спине с помощью задних конечностей, похожих на ласты.

В XVIII и XIX веках в результате непомерного промысла численность калана сильно сократилась. С 1924 года, после установления Советской власти на Дальнем Востоке, охота на калана полностью запрещена и в настоящее время принимаются меры к увеличению численности этого редкого и очень ценного пушного зверя.

1 — енотовидная собака, 2 — енот-полоскун, 3 — калан.

98. Летяга — древесный зверёк, несколько меньший по размеру обыкновенной белки. По бокам его туловища, между передними и задними конечностями, имеется кожная складка, которая в растянутом состоянии (при растопыривании конечностей) позволяет животному плавно «перелетать» с дерева на дерево на довольно значительное расстояние.

Летяга ведёт ночной и скрытный образ жизни; населяет главным образом смешанные леса. Численность летяги значительно меньше, чем обыкновенной белки, попадается на глаза она очень редко, поэтому изучена ещё далеко не достаточно.

99. По мнению таких авторитетных знатоков тропических животных, как Уоллес и Гааке, самые сильные звуки издаёт южноамериканская обезьяна-ревун. Её голос намного превосходит рычание льва или рёв быка. «Нет звуков, — пишет Гааке, — ужаснее рёва этой обезьяны. Можно подумать, что все лесные хищники затеяли между собой кровавую драку».

Уоллес предполагает, что «этот рёв обезьяна производит при помощи большой тонкой и полой кости, находящейся в горле, в которую она с силой вдувает воздух».

100. Верблюды, антилопы, жирафы могут долго не пить. Общеизвестна способность верблюдов утолять жажду горькой и солёной водой.

101. Совсем без воды обходятся живущие в Средней Азии и Казахстане жёлтый суслик, тонкопалый суслик, некоторые песчанки и тушканчики, заяц-толай, барханный кот.

Из пресмыкающихся не пьют воду многие пустынные ящерицы, песчаный удавчик, степная черепаха.

Все указанные животные довольствуются влагой пищи.

102. Слон хорошо плавает и может переплывать широкие реки, может полностью погружаться в воду, выставляя над её поверхностью только конец хобота (для дыхания).

Слон, несмотря на кажущуюся громоздкость, ловок и подвижен. Он может бежать со скоростью до 20 километров в час.

103. На рисунке изображена окапи — копытное животное, обитающее в Африке в девственных болотистых лесах Конго и Уганды. По внешнему виду окапи похожа на жирафу и антилопу, а по полосатым ногам на зебру.

Самец окапи достигает 1,5 метра в высоту. Окраска шерсти его тёмно-рыжая, у самок же и молодых почти чёрная. Ноги у всех взрослых и молодых полосатые: чёрные полосы чередуются с белыми. У самца на голове небольшие рожки.

Открыто и описано это своеобразное животное совсем недавно — лишь в начале нынешнего столетия, что объясняется ограниченностью распространения окапи и чрезвычайной труднодоступностью мест её обитания.

Научное описание животного дано английским зоологом Рэй Ланкастером. По полученным из Африки шкуре и черепу, этот учёный отнёс животное к семейству жирафов с установлением для него особого рода окапи (местное название животного).

Лишь в последние десятилетия с большим трудом удавалось отлавливать этих своеобразных и редких животных и доставлять их в некоторые европейские и американские зоопарки. В последние годы в зоологическом саду Антверпена удалось даже получить приплод. Однако и до сих пор окапи представляют большую ценность, как очень редкие животные.

104. Самая крупная обезьяна — горилла.

Длина тела самца гориллы достигает 2 метров; ширина в плечах — до 80 сантиметров, вес — до 250 килограммов. Размеры тела и вес самки меньше.

Распространены гориллы в тропических лесах Африки: Камеруне, Нигерии и в районе озёр Киву и Танганьика. Эти обезьяны живут семьями и кочуют с места на место в поисках пищи. С наступлением ночи родители строят на дереве грубое гнездо из сучьев. Самец ночует на земле. Гориллы не так сильно связаны в своей жизни с деревьями, как обезьяны других видов.

Самая маленькая обезьянка — карликовая игрунка. Длина её тела — 16 сантиметров. Она обитает в тропических лесах бассейна реки Амазонки (Южная Америка).

Слева — карликовая игрунка, справа — горилла.

105. Из одного миллиона видов животных человеком одомашнено лишь около 50 видов. Это показывает, насколько мало ещё использован в этом отношении животный мир.

Вот основные домашние животные: лошадь, осёл, бык, буйвол, зебу, бантенг, гаял, як, северный олень, верблюд двугорбый и верблюд одногорбый, лама, альпака, коза, овца, свинья, собака, кошка, кролик, курица, индейка, цесарка, голубь, гусь, утка, карп, или сазан, золотистый карась, медоносная пчела, тутовый шелкопряд.

В древние века в Риме вместо кошек держали ласок и хорьков, а в Египте содержали как домашних животных различные виды антилоп.

Приручение новых видов животных продолжается и в настоящее время. У нас и за рубежом ведутся работы и ставятся опыты по приручению и одомашниванию лося, марала, пятнистого оленя, кулана, джейрана, сайги, лисицы, песца, соболя, норки, бобра, ондатры, шиншиллы, фазана, павлина, глухаря, страуса.